Порно рассказы
» » » 755 страница

Все рассказы по запросу: «КОНЧИЛ НА МОЕ ЛИЦО»


По Вашему запросу найдено 7640 рассказов (Результаты запроса 7541 - 7550):

 

 

 

67876 Гуляй, Вася!

23

09.01.2018 12211 12 Maxime

...Та же самая. Не веришь? Что написано? Майор милиции. Вот форма моя висит, хочешь примерить? Фуражка, как раз на твою башку, — он тыкал пальцами во всё подряд, не давая опомниться. — Что тебе ещё надо? — громогласно закончил он, почти проорал. — Хватило бы и доверенности, — я морщился, неприятно поражённый странной реакцией. Улыбка сошла с моего лица ещё в предбаннике, когда меня бесцеремонно впихнули в чужую квартиру. — Ну хорошо, Андрей, я тебе верю. Если не возражаешь, я бы хотел платить раз в месяц. — Да пожалуйста-пожалуйста! — Никифоров резко сменил тон со злого и обиженного на саркастичный и услужливый. — Хочешь, можешь вообще не платить. Я тебя всё равно найду, из-под земли достану. Не веришь? — и тут он заржал, с холодным блеском ненависти в зрачках и железным расчётом мести в сжатых кулаках. — Да верю-верю, — я вторил рваными смешками, нервно и гадко, как обосравшийся кролик. — Вот деньги за первый месяц, когда можно заселяться? — Да хоть сейчас. Держи ключи, — майор выудил связку ключей из того же комода, где лежала доверенность. — Шлюх не водить, наркопритоны не организовывать. В общем всё как обычно. Узнаю — посажу. Понял? — Понял, — я кивнул, офигевший от такого сервиса. — Да шучу я, шучу! — и тут он опять заржал, одержимый легионом демонов. Я срал кирпичами, пока слушал гогот майора. — Тогда до скорого, — скромненько произнёс я, ретируясь как можно спокойнее, чтобы не накликать беды, не поймать нож в спину. В голове моей маячила безумная мыслишка отдавать деньги сразу за три месяца, просовывая их под дверь майора. 2 Переселение на новую квартиру не составило труда. Я сложил самые необходимые вещи в спортивную сумку и тихонечко покинул родительский дом. Путь пешком через парк и по району составил полтора километра или двадцать минут, что совсем немного, учитывая огромные расстояния, которые иногда люди преодолевают, чтобы обрести покой в собственной конуре. В моём случае даже при отсутствии вилки и ложки на кухне я мог бы с лёгкостью поужинать у родителей, а не бежать сломя голову среди ночи в ближайший универсам, чтобы купить одноразовую посуду. Впрочем, именно этот последний вариант я и предпочёл в первый же вечер, когда остался в необжитой квартире наедине со своими извечными спутниками: гордостью и честолюбием. В пол-одиннадцатого я наконец уселся ужинать. За стеной орал сосед. Поначалу я даже не обратил внимания на странные вопли, мало ли что у людей наболело. Но с каждым произнесённым словом, с каждой неласковой фразой до меня всё больше доходил смысл разыгравшейся в соседней квартире трагедии. — Думаешь, я не знаю, с кем ты ебёшься там на работе весь день? — орал до боли знакомый мужской голос. — Что ты мне заливаешь? — Андрей! — Андрей, что «Андрей»? Пизду побрей! При упоминании имени я окончательно убедился, что подозрения мои верны и голос действительно принадлежит тому самому Андрею Михайловичу Никифорову, доблестному майору милиции, который за два дня до этого цинично тыкал меня носом в свой паспорт и милицейское удостоверение. «Вот козёл, а!» — возмущался я, слушая, как визжит женщина, молодая, судя по голосу. Звонкие шлепки, наносимые, опять же, судя по звуку, по голой женской заднице, эхом разлетались по моей съёмной пустой квартире, в которой я невольно принял на себя роль узника совести. Раздался новый болезненный рык, похожий на хрип, и женщина от визга перешла на охи и ахи, застонала сладко на выдохе, не оставляя сомнений по поводу природы этих звуков. Я принёс ноутбук, надел наушники и продолжил ужинать под эпическую музыку. Но даже сквозь пафосные взлёты мелодии я слышал крики и стоны разыгравшихся соседей: — Сука, блядь! Ты у меня на коленях будешь ползать. — Андрюша, прости меня, я больше не буду! Я невольно заржал в кулак и уже не мог остановиться, так смешно было слушать рёв ревнивца под эпическую музыку. Крики женщины поначалу вызывали растерянность, желание позвонить куда не следует и отчитаться перед кем не стоит. Но потом я представил последствия для моего мирного существования, если Андрей Михайлович узнает, кто его сдал. А он обязательно узнает, и ему, конечно же, ничего не будет за учинённое в домашнем кругу насилие. «А вот меня, в случае задержания, — думал я, — вынудят оказать сопротивление, и уж тогда-то мне точно несдобровать. Большие разборки и чудеса на виражах — вот, что меня ждёт, если я раззявлю свою варежку, — настраивал я себя на победу с совестью. — В конце концов, не моё это дело, вмешиваться в семейный уклад майора. Если бы женщина хотела, она бы давно накатала заяву. А так, вон, стонет на весь подъезд, соседям на зависть». Я ни с кем не встречался на тот момент, и активные сексуальные действия за стеной вызвали у меня лёгкую зависть и даже возбуждение. «Хотел бы я посмотреть на это!» — посмеивался я, засыпая в тёплой постельке. 3 Девушка у подъезда запомнилась мне нереальной красотой, сказочной фантазией о торжестве любви над миром идиотов, орущих за стеной. В глубине души я надеялся вновь повстречать её. По возможности на том же самом месте, приблизительно в то же самое вечернее время. Её неуловимый загадочный образ преследовал меня два дня и две ночи, пока наконец не растаял, превратившись в миф. Я вздохнул с облегчением, вспоминая красотку как наваждение, временное помутнение рассудка, приведшее к частичной утрате ориентации в пространстве и времени. По странному стечению обстоятельств моему сну суждено было вновь материализоваться. Я возвращался с работы и совсем не думал о глупостях, когда девушка с фигурой куколки и ангельским мультяшным личиком вновь нарисовалась у подъезда. Она будто скучала или ждала кого-то, но, завидев меня, приняла решение подняться вместе со мной в лифте. Она шла впереди по лестнице, источая нежный фруктовый аромат духов. Я купался в её запахе, следил, как завораживающе покачиваются её бёдра под пальто, как изящно опускается ручка, оттягиваясь сжатым кулачком в сторону. — Какой вам? — спросила девушка, первой зайдя в лифт. — Пятый, — обомлел я, услышав её ангельский голосок. — Мне тоже, — она улыбнулась детской растерянной улыбкой. Я, наверное, в этот момент улыбался как большой ишак. «Неужели мы соседи? — думал я. — Она наверняка живёт этажом выше или ниже». Когда мы приехали, я естественно вышел первым, полез открывать дверь предбанника, ожидая, что куколка сделает то же самое с другой стороны или как минимум останется в лифте. Вместо этого она вышла и замерла за моей спиной, а потом ещё и проследовала внутрь, и вдруг захлопнула за нами дверь. Я выпал в осадок. — Так мы соседи! — весело заметила она. — Вы, кажется, Дмитрий. Мне Андрюша про вас рассказывал. — Да, я — Дима, — мой голос утонул в абсурде. — А я — Вася, Василиса, — она засмеялась. — Редкое имя, — спохватился я, улыбаясь как щенок, добившийся внимания. — Да, мне все так говорят. Зато весело. — Это точно. — Ну что ж, приятно познакомиться и приятного вам вечера, — она открыла дверь в свою квартиру, наклонилась, чтобы расстегнуть сапожки. — И вам, — я вертел ключ в замочной скважине, забывая тянуть ручку, как учил Андрей, — приятного вечера. Вася ещё раз обдала меня сумасшедшей улыбкой и захлопнула дверь. Я наконец провалился в чёрный дверной проём. В голове моей извилины отказывались принимать ужасную реальность за правду. «Ну как, как такое возможно? — насиловал я мозг, выкрученный наизнанку. — Это ведь она визжит каждый вечер, это её Андрей поливает грязью и чернит на чём свет. Она всё терпит и потом ещё сладко стонет, занимаясь с ним сексом!» «В голове не укладывается, — сражался я с вопиющей несправедливостью. — Имечко-то какое ей родители дали — Василиса. Премудрая, что ли? Была бы умная, вышла бы она замуж за такого дебила?» Впрочем, Андрей мог вызвать страстную привязанность у определённой категории женщин. Такие легко западают на деспотов, охотно подчиняются беспощадным тиранам. «Неужели Вася любит этого урода? — мучился я вопросом весь вечер. — Детей у них нет, могла бы развестись и жить себе спокойно. Или найти другого». Ситуация не раскладывалась так однозначно. «Возможно, вечерние скандалы с избиением и сексом — лишь игра, — думал я. — Может быть, это и не Вася вовсе визжит. Но тогда кто?» Куча вопросов и, главное, сложность Василисиной ситуации навалились на меня тяжким бременем за один вечер. Андрей Михайлович пришёл поздно, находясь явно в плохом настроении, что, впрочем, судя по опыту предыдущих дней, являлось для него нормой. Вася сразу пошла вразнос. В этот раз я слушал очень внимательно, стараясь ничего не упустить. — Сука! — орал майор милиции. — Соси ты хуй. Пизда ненасытная. В ответ шелестел испуганный голосок, призывал к спокойствию. Андрюша лишь входил в раж: — Что ты мне тычешь трусами своими грязными? Блядина ты. Понюхай, на понюхай. Всё в сперме. Я представил, как Васю преследуют по квартире, засовывают ей её же трусы в рот, затем сношают жёстко и больно, долго и выразительно. Именно так оно и представлялось со стороны, все звуки указывали на непримиримый спартанский дух, царивший в соседней квартире. Долго не мог я уснуть в тот вечер, переживая за девушку. Как часто жёны становятся заложницами мужей-тиранов, подчиняются их воле безропотно и беспрекословно, выполняя любые прихоти подонка. «Неужели она его любит?» — вновь приходил я к единственно разумному объяснению, одновременно отказываясь в это верить. 4 Через пару дней я вновь встретил очаровательную соседку, возвращаясь с работы. В этот раз мы пересеклись на улице. Вася медленно гуляла возле дома на пути моего следования. — Здравствуйте, — сказал я, когда мы поравнялись. Она шла сбоку, и пройти мимо, не выразив почтения, было бы крайне невежливо. — Здравствуйте, — Вася была печально задумчива. Я уже сделал пару шагов, погрузившись в её обстоятельства, желая поскорее избавиться от чувства вины, то есть пройти мимо, ускорившись к подъезду, как вдруг она напомнила о себе, бросив мне в спину: — Вам ведь всё слышно вечером, да? Я остолбенел, остановился, как вкопанный, сделал разворот на сто восемьдесят градусов. Разговор предстоял непростой. Глаза мои невольно опустились, отправились гулять по асфальту. — Да, слышно, — тихо подтвердил я. — Мы вам очень мешаем, да? — она была добра и сдержанна. Я вдруг осознал, каких усилий ей это стоит, оставаться на людях спокойной, носить маску безразличия, общаться с соседями, словно ничего не случилось, когда её насилуют жёстко и беспощадно каждый вечер. — Нет, не очень, — не уверенно ответил я. — Почему вы терпите? — мой строгий пытливый взгляд встретился с Васиными карими глазками. Она страдала, хоть и улыбалась ничего не значащей улыбкой. — А вы бы как поступили на моём месте? — так же тихо, почти не шевеля губами, произнесла она. — Можно ведь и развестись, уехать куда-нибудь. — Мне некуда ехать. — Всегда есть варианты, — аккуратно возразил я. Мы медленно шли к подъезду. — Какие у меня варианты? — она горько усмехнулась. — Детей у меня нет и никогда не будет. Кому я нужна такая, кроме Андрюши? Я молча перемалывал новые обстоятельства. — Извините, что втянула вас в это, — опомнилась Вася. — Вы вечером не обращайте внимания, пожалуйста. Я привыкла, а вам, наверное, ужасно неприятно. Вы не волнуйтесь. Больно он мне не делает, только кричит. — Всё равно, нельзя так обращаться с женщинами. И вообще, с любым человеком нельзя. — Вот видите, вы всё неправильно поняли! — усмехнулась Вася. — Просто у Андрея сейчас тяжёлый период на работе, начальство достало. А я весь день дома сижу. От него первая жена ушла, и он меня ревнует ко всем. Я хотел было заикнуться про работу, которой Андрей попрекает Васю каждый вечер, но удержался. — Это ненормально, — вместо этого заметил я, имея ввиду ревность. — Да знаю я. Я сама его постоянно прошу сходить вместе к психологу, а он не верит, думает, что я всё придумала, чтобы изменять ему. — М-да… — я почесал репу, неловко улыбаясь, как школьник, застукавший училку с физруком. Чужие неурядицы, тем более выставленные на продажу с пометкой «безвыходняк», всегда умиляли меня обилием надуманных тупиков. В этот момент мы подошли к подъезду. И только мы собрались пройти к лифтам, как вдруг навстречу нам со стороны лестницы, как чёрт из табакерки, выскочил при полном параде небезызвестный майор милиции Андрей Никифоров. Лицо его, перекошенное от ярости, заставило меня усомниться в реальности пр......при полном параде небезызвестный майор милиции Андрей Никифоров. Лицо его, перекошенное от ярости, заставило меня усомниться в реальности пр...