Порно рассказы
» » » 69 страница

Все рассказы по запросу: «ПОТЕРПИ БОЛЬНО ПЕРВЫЙ РАЗ»


По Вашему запросу найдено 6072 рассказов (Результаты запроса 681 - 690):

 

 

 

 

 


 

 

 

36694 Папина дочка

136

10.07.2019 73105 7 NonSemper

...ссоры из-за всякой мелочи только продолжались. То лампочку вкрутил не сразу, то позволил себе плеснуть винца под шашлычок — в конце-то концов, они......в лоно дочки, после чего оторвался от поцелуя и спросил. — Это твой первый раз? Если так, я буду очень-очень нежен, миленькая моя доченька. ......распирая стенки своей толщиной. Дочка была восхитительно тугой, обволакивая каждый сантиметр возбужденного члена, и это просто сводило с ума. Продвинувшись чуть глубже, Александр приготовился и наклонился к Машке. — Потерпи капельку, любимая. Я с тобой... Это единственный раз, когда я сделаю тебе больно, доченька. Поцеловав девушку, мужчина резким движением вошел глубже и замер, давая девушке время и пытаясь отвлечь ласковым шепотом. Машка успела вовремя закрыть рот свободной рукой, чтобы не было слышно ее вскрика. Несмотря на то, что она была очень возбуждена и психологически готова, было все равно больно. В глазах уже стояли слезы, внезапные и обидные. Ну почему было так приятно и хорошо, а тут больно? Почему не может быть хорошо всегда? Но отцу она была благодарна за то, что ласкал до этого. Ласкал и сейчас. Успокаивал, шепча на ушко всякие ласковые и сладостные вещи. И Машка верила всему, что он говорил и обещал. Да. В другой раз будет лучше. Будет так же феерично, как и до этого. Ведь папа обещает, что это будет не единожды... Чуть ослабив хватку сведенных судорогой пальцев, переплетенных с пальцами отца, девушка отдышалась и посмотрела на Александра. Внутри было жарко, влажно и очень... очень... Машка не могла подобрать слова, чтобы осмыслить и описать ту жаркую тугую заполненность, смешанную с болью и остатками наслаждения. — Все хорошо... — девушка улыбнулась и потянулась за поцелуем. Отцу было не менее больно видеть, как Машка пытается вытерпеть боль. Все-таки это чертовски несправедливо... Пусть даже и глупо спорить с анатомией, но все равно... Он не хотел, чтобы любимая дочка страдала хотя бы секунду, не говоря о подобном. Почувствовав ее движение, услышав ее слова, Александр все еще не стал двигаться, хотя внизу все ныло от возбуждения — внутри дочери было просто невероятно классно. Увидев, как преданно и ласково тянется к нему дочка, мужчина обнял ее и продолжил поцелуи, лаская ее кожу и наслаждаясь ароматом ее тела, смешанного с пошлым запахом секса, будто бы подчеркивающим запретность всего происходящего. Оторвавшись от поцелуя, Александр с улыбкой продолжал смотреть в глаза дочери, когда начал постепенно двигаться. Сначала медленно, вынимая головку и вставляя, чтобы раздутая плоть стимулировала губки Машки. Медленно, наслаждаясь каждым моментом их близости, Александр постепенно ускорялся. Вот уже член начал оставаться внутри — чуть изменив положение, мужчина стал тереться стволом о клитор Машки, стараясь доставить ей удовольствие даже несмотря на только что потерянную девственность. — Обхвати меня ножками, доченька, — дыша чуть чаще, мужчина покрывал шею и лицо девушки поцелуями, уже войдя во вкус. Внутри было узко, и, казалось, мужчина ощущает каждый миллиметр сжимающей его дочки. Маша кивнула, прерывисто дыша и обхватила ногами отца за пояс. Она безоговорочно верила ему, знала, что как он сказал, так и будет. Будет хорошо потом, значит, вытерпит эту боль. Будет так же превосходно как и тогда в прелюдиях, стиснет зубы и переборет себя. Девушка старалась сдерживать полувыдохи-полувсхлипы при каждом болезненном движении члена внутри. Воздух был уже густой и влажный, казалось, даже окна в беседке запотели, настолько было жарко. Но так было даже лучше — никто не видел их и того, что они творили. Сперва она не поняла откуда та приятная волна, пробившаяся сквозь завесу боли. Но потом, взглянув на отца догадалась. И почувствовала симуляцию клитора. Машка облизнула губы и тихо застонала. Уже лучше... И поцеловала отца. Все будет хорошо... даже круче... Он старался все-таки сдерживаться, чтобы не доставлять девочке неудобств. Влажный от смазки член плавно скользил, стимулируя клитор, и Александр с облегчением и радостью улыбнулся, услышав, как Машка застонала. Дочка стонет, пока они занимаются сексом... Все еще не верится, но это происходит. Ее личико стало выглядеть весьма похотливо, возбуждая мужчину еще больше. Стараясь не наваливаться, Александр плавными толчками входил в девушку, целуя дочку раз за разом. Как только девушка потихоньку привыкла, Александр стал совершать семь коротких толчков, после чего входил поглубже, ощущая, как упирается головкой, значит, доходит до самого конца. Давление на корень члена было очень приятным, но мужчина не злоупотреблял. Семь — и один глубокий, пока дочка сама не заметит цикл и не начнет готовиться к каждому восьмому толчку, пробирающему все ее естество. Дыша чаще, Александр чувствовал, как удовольствие волнами накатывает, постепенно разгоняя все тревоги. — Моя девочка, милая доченька. Как же в тебе хорошо, любимая... Ритм стал ей незнакомым, но менее болезненным. Машка снова тихо застонала, прикрыв глаза от наслаждения. Сперва коротко, а потом... айяаах!.. на всю длину. И опять коротко и часто, а потом... ааах!.. мощно. — Па...ах!.. — пролепетала она. — Люблю тебя... аах! Папочка, папа! А-а-ах! Девушка и сама не понимала, что хочет сказать. Чем больше он в ней двигался, чем чаще целовал, чем сжимал крепче в своих объятьях, тем быстрее боль отступала, становясь глуше и меньше. Она уже задерживала дыхание на каждый глубокий толчок, что вызывал отголоски боли, и стонала на каждый короткий, стиравший эти болевые ощущения. Но Машка понимала, что ни с кем бы ей не было так хорошо как с ним, ее отцом... Только он может быть таким хорошим, нежным и любящим... И поэтому даже эту боль она ему прощала, зная как ему сейчас хорошо с ней, а не с кем-то еще. Ее постанывания, ее признания... Александр уже был практически на пределе — слишком сильным было возбуждение, накопившееся до этого, слишком желанной была родная дочка, отчего каждый толчок отзывался струнками наслаждения. Еще немного, еще... — Люблю тебя, доченька! Снова вогнав поглубже, мужчина ощутил, как приближается финиш и, выдернув, застонал, не сдержавшись, оросив животик и грудь дочери спермой. Часто дыша, Александр все еще был во власти оргазма, когда наклонился к дочке и поцеловал ее еще разок. Нежно погладив по волосам Машку, мужчина подхватил девушку под попку и вновь стал работать языком, чтобы поскорее довести родную девочку до оргазма. Его пальцы скользнули неглубоко, чтобы вдруг не вызвать остатки дискомфорта, так что мужчина просто сосредоточился на доставлении приятных ощущений Маше. Ориентируясь на ее участившееся дыхание, на ее страстные постанывания, он постепенно менял темп, рассчитывая, что доченька тоже уже скоро кончит. Машка находилась в какой-то прострации и не смогла уловить, когда все поменялось. Только отец был на ней и двигался внутри, жарко шепча пылкие признания в любви, и девушка уже почти привыкла к короткому и редкому глубокому проникновению, как вдруг... Грудь и живот оказались в липкой влаге, ноги на плечах у мужчины, а изнывающий от желания клитор во власти горячих губ и языка. Внутри были уже осторожные пальцы, доставлявшие удовольствие. Отец заботливый... любимый... хороший... — Аах!.. Ааахх! — срывались громкие стоны с ее губ, Машка окончательно забыла об осторожности, отдавшись на милость наслаждения от умелых ласк Александра. Чуть двигая бедрами навстречу, девушка на миг зажмурилась, чувствуя первые приятные судороги оргазма. Напряжение было уже невыносимым, и Машке хватило сил лишь снова закрыть рот рукой, прежде чем с ликующим криком выгнуться всем телом от нахлынувшего удовольствия. ​Александр самозабвенно ласкал дочь, ощущая, как она постепенно начинает терять себя, отдаваясь на волю наслаждения. Он старался уловить каждое ее движение, каждый вздох, каждый желанный стон, звучащий, как песня благодарности за близость с отцом. Вот еще чуточку, совсем немного... Машка сексуально выгнулась, сдавленно простонав, и Александр улыбнулся, оторвавшись от разгоряченного лона. Аккуратно вернув ножки дочери на диван, мужчина лег рядом и заключил девушку в объятья, ласково целуя в губы дочь, наверняка все еще переживающую свой первый оргазм с мужчиной. — Это было волшебно, доченька. Ты так сладко стонала... Расскажи, как тебе понравилось больше? Я хочу, чтобы ты испытывала сказочное удовольствие каждый раз, когда мы вместе. Машка прерывисто вдохнула густой, влажный воздух беседки и обняла отца, прижимаясь к нему. Такой теплый и горячий, родной и любимый, близкий как никогда... отец. Внутри все еще сладко дрожало, а тело было пустым от пережитого наслаждения. Это гораздо круче, чем с самой собой. Ведь сама не будешь так ласкать себя. Никто не будет так ласкать клитор, доводя до исступления, никто не будет дразнить пальцами влажное лоно, никто не будет так целовать, как он... ее папа. Машка улыбнулась вопросу. Значит, секс у них будет не раз. И это радовало. — Ну... — она все еще не могла восстановить дыхание после всего. — Мне очень понравилось, когда ты... когда ты ласкал меня там языком. И когда просто целовал. И... мне понравилось как ты трогал мою грудь... — девушка взахлеб делилась впечатлениями. — И внутри когда был тоже... ведь больно будет не всегда... — Машка поцеловала мужчину коротко в губы. Поцелуи и близость... Несмотря на то, что они оба насытились друг другом, даже подобная передышка была чертовски приятной и...