Порно рассказы
» » » 191 страница

Все рассказы по запросу: «ПОРНО МАМЫ ХАЛАТ»


По Вашему запросу найдено 2653 рассказов (Результаты запроса 1901 - 1910):

 

 

 

 

 


 

 

 

60932 Частное видео

42

18.04.2011 23259 0 не известен

...и не дружили. - Ага, - голос Андрея был слышен куда хуже голоса его мамы. - Ну, давай-давай, учись, - Лидия положила сумочку на стол, переобула......А сыну - хочется: хм, увидеть, и еще как. И что, порнухи ему мало, что ли? Ведь наверняка смотрят с друзьями, целыми днями дома один, и не может быть, чтобы он те пять кассет, от мужа оставшихся, не нашел:" Сравнение с порнозвездами ей даже чуть-чуть польстило. Рука привычно потянулась в шкаф за халатиком. "Ну вот. Здесь только розовый. Любимый голубой, похоже, с утра в ванной повесила" - подумала она и тут же обрезала себя: "Хватит искать оправдания. Тебе хочется, ему хочется, от вида женских сисек еще никто не умирал. Бери чистые трусы - и марш в ванную! Без халата! В конце концов, Лидке можно, а мне - почему нет?" Решительно взяв с полки трусики, она открыла дверь и вышла из комнаты, глядя на сына. Тот, поначалу лениво обернувшись, порывисто встал на тахте на колени и проводил мать ошалевшим взглядом, слегка приоткрыв рот. Марина, сама тоже немножко одуревшая от своей "наглости" , заставила себя ласково улыбнуться сыну. Улыбка, впрочем, вышла не очень уверенной. Дверь в ванную она все же закрыла на защелку. Чуть погодя, отчетливо щелкнула за Сережкой защелка на двери туалета. "Ага, проняло" , - почему-то весело подумала она. И поняла вдруг, что это еще только начало их совсем новых взаимоотношений с сыном. И еще поняла, что завидует Лиде с Андрюшкой белой завистью. После чего взяла бритву и начисто, как у Лиды, сбрила растительность на лобке. Уговорив себя, что она ей просто надоела. Из ванной она вышла, решив, что на сегодня хватит, уже в халатике. Сережка посмотрел на нее несколько разочарованно, а она вдруг подмигнула ему и пошла на кухню - готовить ужин. Вечер покатился дальше по накатанной летней колее. ******** На следующий день Марину начальство услало в область, и встретиться с Лидой у них не получилось. Домой она вернулась в десять вечера, уставшая донельзя. Сережка, как обычно в это время, валялся на тахте в гостиной: едва поздоровавшись с ним, Марина прошла к себе, разделась и совершенно обнаженная, с трусиками в руке, пошла в ванную. Только поймав на себе взгляд сына, поняла, в каком она виде. Но почему-то совсем не смутилась. Может быть, потому, что Сережка смотрел на нее вовсе не так, как вчера - удивленно-испуганно, а весело, чуть прищурившись. "Оценивает, что ли? Да пусть его!" - устало подумала она и, закрыв дверь в ванную, но не защелкнув ее, залезла под душ. Немного спустя прислушалась: нет, дверь в туалет никто не побеспокоил. "Ну, вот и хорошо" , подумала она. "Нельзя, чтобы парень в тринадцать лет от одного вида голой бабы дрочить тут же бежал". Не вытираясь, все так же без ничего - жара стояла, несмотря на поздний вечер, невыносимая, - она прошла мимо Сережки, наклонилась к нему, поцеловала в лоб, задев при этом правой грудью его щеку, сказала: "Сына, прости, но с ужином уж как-нибудь сам: устала донельзя" , и буквально свалилась на кровать, не закрыв дверь в спальню. Она давно мечтала о том, чтобы спать летом именно так, с открытой дверью - тогда в комнате был легкий сквозняк, и жара переносилась намного легче. Задумчиво посмотрела на дверной проем. Из темноты был хорошо виден Сережа, косившийся на ее дверь. Подумала: "Ну вот, нудистский этап, кажется, пройден. Оказывается, это просто - только один раз надо преодолеть себя, мне вон только сиськи показать ему хватило, а дальше уж совсем без проблем" - и, почему-то совершенно довольная собой, заснула, лежа на животе с раскинутыми руками и ногами. Чуть позже, сквозь сон, она почувствовала какое-то движение в комнате. Слегка приоткрыв глаза, увидела отсвет от ручного фонарика где-то возле своих ног. Лениво подумала: "Вот паршивец. Думает, что я сплю, и пытается разглядеть мою пизду. Погнать, что ли?" - но вместо этого улыбнулась про себя. Тяжело вздохнув, не открывая глаз, перевернулась на спину и развела ноги еще шире, согнув одну из них в колене. Почувствовала, что внизу опять чешется, и что это приятно: Фонарик на минуту погас, но потом загорелся снова. Она лежала в полусне, представляя себе, что именно видно сыну и что примерно он должен при этом испытывать, стараясь не шевелиться и дышать как можно ровней. А тот, наверное, насмотревшись, уселся рядом с ней на кровать и, едва прикасаясь, погладил сначала ее ногу возле самого венериного холмика, а потом и сам холмик. От неожиданной ласки она вздрогнула, и Сережка, испугавшись, ушел. Марина открыла глаза и, чуть потянувшись, запустила палец во влагалище. Там было немного мокро. "Ну, я так и поняла. Моему организму все это тоже нравится. А парню-то хочется большего. Посмотрим на твое поведение, сынуля" - тихонько хихикнула она и, повернувшись на бок, заснула. ******** Утром она, встав с постели, привычно поискала взглядом халатик. Не найдя его в комнате, вспомнила вчерашнее, и ей вдруг стало хорошо. Не став надевать ничего, она заглянула в комнату к сыну. Сережка спал на спине, и не в трусах, как обычно, а абсолютно голый, сбросив скомканную простыню на пол. Марина, внимательно разглядывая недоступные ее глазу ранее места, умилилась: "Ах ты мой умничка! Решил, значит, взять с мамы пример! Или - подыграть маме?" - тут же ехидно поправила она себя. "Впрочем, какая разница. Хуй-то как стоит, а! И впрямь, вполне приличного размера, не хуже Андрюшкиного" - довольно подумала она, подошла к сыну и поцеловала его, как обычно утром, в лоб. Открыв глаза, он увидел над собой обнаженную мамину грудь. Приподнял голову, осмотрел маму с ног до головы, и, очевидно, убедившись, что вчерашнее ему не приснилось, благодарно погладил маму по бедру, улыбнулся. Посмотрел маме в глаза, но взгляд постоянно дрожал, срывался ниже, и Марине это было приятно. "Хм. Так и у меня глаза тоже тянутся: не туда, куда им надо бы" , почувствовала она. "Вот интересно, что еще Лидка с Андрюшкиным хуйком делает, а?" Мысль была почему-то не столько любопытной, сколько сладкой. Марина улыбнулась и, с трудом поборов желание приласкать многообещающую палочку сына, вышла из комнаты и тихо прикрыла за собой дверь. Перед самым уходом на работу, уже полностью одетая, с сумочкой в руках, она опять заглянула к Сережке. Тот лежал на боку, прикрывшись на этот раз простыней, и, увидев открывающуюся дверь, быстро выдернул из-под нее руку. Марина улыбнулась. - Пока, сына. - Мам, а ты: ты: вечером когда придешь? - Сережка явно собирался спросить ее о чем-то другом, но не решился. - Да наверное, как обычно. Может, попозже на часок, - она вспомнила о предстоящей встрече с Лидой и задумчиво улыбнулась. - И: ты, маленький, теперь можешь меня не стесняться, когда: ну, когда "напряжение сбрасываешь". Она подошла к кровати, аккуратно присела у сына в ногах, откинула простыню. Торчащий, как ракета, член предстал перед ней во всей красе. Сережка попытался перевернуться на живот, но мама удержала его, отвела кинувшиеся было к паху его руки и погладила член сына пальцами от яичек до головки. - Это, сына, абсолютно естественно и нормально. Особенно в твоем возрасте и особенно по утрам, - улыбнулась она, вдруг наклонилась, бережно оттянув двумя пальцами крайнюю плоть, поцеловала бордовую головку. Сережка ойкнул и засмеялся. Шутливо шлепнула член сбоку кончиками пальцев, отчего он закачался, как дерево на ветру, и встала. - До вечера! Только вот что: про то, что у нас с тобой тут происходит - ни-ко-му! Понял? А то на этом все и кончится! И еще одно: не надо за мной по ночам подглядывать, ладно? Засмеявшись и, неожиданно для себя самой, завлекательно вильнув попой так же, как Лида в видеосъемке, Марина ушла на работу. ******** С Лидией они встретились вечером того же дня в парке. Марина, придя первой, дожидалась подругу на скамейке, жмурясь от иногда пробивающихся сквозь густую листву кленов солнечных зайчиков, лениво перебирая в памяти домашние события последних трех дней. На душе было спокойно и хорошо. Присев на скамейку, Лида, как обычно, как будто куда-то спешащая, тут же перешла к делу. - Так вот, Маринуля. Я тебе позавчера про "во-вторых" недорассказала, а это "во-вторых" такое, что мне тебе и говорить страшно. - Это еще почему? - Марина даже немного обиделась. - Так тут дело такое: Ежели что, то общественность меня, да и Кольку, и детей точно не поймет. - Лидка, ты чего? Я когда кому чего трепала? - Нет, - Лида засмеялась, - это я так, на всякий случай. Если бы я тебе не доверяла, разве бы оставила кассету у тебя? - приобняв подругу, со смехом сказала она. - Ну, слушай. Ты меня знаешь еще со школы, я к вам в восьмом классе пришла, так? - Марина кивнула. И знаешь, что пришла я к вам уже не девочкой. И что от мужиков, несмотря на это, шарахалась до начала десятого класса, тоже знаешь. А вот как я девственность потеряла, и почему шарахалась, я тебе никогда не рассказывала. И никому, кроме Коли моего, тоже. Марина с интересом глядела на подругу. - В девять лет меня изнасиловали как раз девять: ну, теперь это называется "лица кавказской национальности". Страшно. Маленькая была, они меня изорвали всю, и спереди, и сзади, и снаружи, и изнутри. И членами, и пихали в меня всякое: Чуть кровью не истекла, ладно, "Скорая" быстро приехала. Гинеколог, который меня потом оперировал, пока все не зажило, даже не рисковал точно сказать, будут у меня дети или я и с мужиком-то больше лечь никогда не смогу. Тех скотов потом почти всех расстреляли, двое, малолетние, только остались живы. Марина всплеснула руками. - Да ладно, подружка, давно это было, видишь, я уже и рассказывать об этом могу спокойно, - продолжила Лида. - Хотя психологов тогда в помине не было, а травмы у меня оказались, в конце концов, не столько физические - через полгода, после нескольких операций, все зажило и даже следов не видать. Хотя внутри влагалища есть у меня такой приятный шовчик, Кольке ну очень он нравится, - Лида плотоядно облизнулась и захихикала. - Ну вот. И мужиков после этого я боялась страшно. Хотя стесняться ничего не стеснялась - похоже, моя голова этаким образом компенсировала мои страхи. И мастурбировала уже лет с десяти, как все зажило, по-черному, - Лида опять хихикнула. - Представляешь, в одиннадцать лет - вполне полноценные влагалищные оргазмы, вибраторов тогда еще не было, так я чего только в свою бедную дырку не пихала. А к пятнадцати годам папка мой обратил внимание, что я с парнями совсем не дружу. Вроде вся такая раскованная, дома нет-нет, да перед ним то сиськой, то писькой голой мелькну, а любовей - никаких. Уж не знаю, с кем он советовался, или сам до этой мысли дошел - он у меня, ты же его помнишь, умнючий был до ужаса, и в людях ох и много чего понимал, - но решил он, что это результат того изнасилования. Правильно решил. И помог мне. Марина вопросительно, с недоверием уставилась на Лиду. - Да, ты правильно подумала. Совратил он меня летом, в каникулы, перед десятым классом. Увез на заимку, в тайгу. И там потихонечку, помаленечку, за два почти месяца - приучил сначала к себе. Купались в речке голяком вместе, потом в бане парились, потом он меня мыл, потом я ему мыться помогала, а потом уж он меня не просто мыл - до оргазма доводил много раз, сначала только руками, потом и языком... Ну и в один прекрасный момент я сама на выдержала - лежал он на лавке в предбаннике, пузом кверху, я на него верхом залезла, член, даже и не сильно вставший, рукой в себя запихала и ну скакать: Два раза только и подпрыгнула, и тут меня такой оргазм прошиб - аж сознание потеряла. Он мне потом рассказывал - кричала, говорит, так, что я аж перепугался - думал, какой шов у тебя разошелся там: Нет, ничего у меня не разошлось. Кайф только был великий, больше я ни разу такого ни с кем не испытывала. Как пробку из бутылки, тот оргазм из меня весь страх перед сексом зараз вышиб. Любились мы с ним потом всю ночь, уже по-настоящему, в койке: А наутро папка собрал нас и повез в город. По дороге сказал: "Все, Лидуся. Теперь ты хуя не боишься. А я уже старый, мне тебя драть больше недосуг, а то мамке ничего не достанется. Ну ничего, найдешь с кем, ты у меня красавица". Ущипнул меня за бок, вот здесь, и засмеялся. На глазах у Лиды, вспомнившей умершего шесть лет назад отца, выступили слезы. Она шмыгнула носом, достала из сумочки платок, вытерла их, высморкалась. Чуть помолчала, успокаиваясь. - Вот так: не был бы он мне любимым папкой, ох, сомневаюсь я, что какому психологу такое бы удалось: И не было бы у меня сейчас ни детей, ни Коли, жила бы старой мегерой. А так - сама видишь, - и Лида, еще сквозь слезы, гордо повела плечами. Марина улыбнулась в ответ и погладила Лидину руку, которую, незаметно для себя самой, уже давно ласково держала в своей руке. - Дальше все на твоих глазах было. Не то, чтобы я первой блядью в школе стала, та же Машка из десятого "б" была "б" куда как почище, но и одноклассников, и студентиков с педа соседнего, и курсантиков с нашего училища, красивых, здоровенных, попробовала порядком, - Лида, с уже совсем сухими глазами, мечтательно улыбнулась. - А потом встретила Колю: Мы с ним познакомились на медосмотре, я тогда уже в институте, на первом курсе училась. Впрочем, это ты знаешь. Села я к нему в кресло гинекологическое, поджилки, как обычно, дрожат - сейчас неприятно будет, а он: Ну вот руки у него такие ласковые были. И сам весь такой заботливый, внимательный: Посмотрел все мои швы там, попу попросил показать - я, говорит, конечно, не проктолог, но все же хирург, зачем вам лишний раз по кабинетам мотаться, - чего-то там помазал, помассировал, расспросил про половую жизнь, немного поудивлялся - и как это я, после таких-то травм в детстве, и в таком порядке? Про папу я ему тогда ничего не рассказала, а он и не добивался, тактичный очень: В общем, очаровал совершенно. Я ему из того кресла под конец осмотра уже и глазки строить начала, да, видать, поза у меня для таких дел была неподходящая - не отреагировал он тогда никак. Лида засмеялась и продолжила. - Ну, от меня так просто не уйдешь, я лиса тогда уже была опытная. Тем более, мужик молодой, неженатый, и не сильно снаружи видный, да и на женщин, в силу профессии, не очень падкий: Вычислила я этого колобка, поженились мы через полгода. Еще через полгода Танька родилась, и, пока ей не исполнилось шесть лет, было у нас все как у всех - ну что странного в том, что отец пятилетнюю девчонку в ванне сам моет? В шестой Танькин день рождения, вечером, повел он ее в ванну. Помыл, как обычно, спать уложил - я тогда уже больше Андрюшкой занималась. Ну и вечером, в постели, отлюбившись, завела я разговор - мол, пора тебе с Танюшкой-то так плотно прекращать якшаться, большая она уже. Он, для виду наверное, удивился: что, мол, ревнуешь, что ли? А у меня и впрямь ревности никакой не было, мне даже очень нравилось смотреть, как он с дочкой в ванне играет. Хоть игры те были не всегда: совсем уж приличные. Таньке страшно нравилось, когда он ей клитор пальцами щекотал, например: Ну, я ему про это и напомнила: какая ревность? Я сама и смотреть на ваши игры, и участвовать в них люблю, ты же сам видишь. Но - люди узнают, что подумают? Тут-то он мне и выдал свою теорию. Она, в общем, несложная - с одной стороны, при теперешних противозачаточных средствах секс от деторождения отделен, считай, напрочь. Раньше никогда такого не было, и все эти инцесты - адьюлтеры были придуманы только для того, чтобы здоровое и заведомо свое потомство мужику обеспечить. А сейчас - зачем? Только одни психотравмы от невозможности удовлетворить совершенно естественные потребности, причем и мужикам, и бабам - одинаково. Бабам даже больше, мужик и в кулак почти полноценно может, а нам - сама знаешь: А, с другой стороны, ну кто лучше родителей обучит свое дите всем премудростям секса? И зачем брату за всякими шлюшками бегать, если рядом сестра с такими же точно проблемами? Причем родственная любовь, пусть даже с сексом вместе, никак любви обычной не исключает и не мешает ей вовсе: А людям знать что-либо совсем не нужно. Действительно, не поймут, не меньше сотни лет должно еще пройти, пока христианская дурь вся выветрится. Я, честно говоря, восприняла это спокойно - я думаю, ты поняла, почему. Марина согласно кивнула, и Лида продолжила рассказ. - Но решила его все же немножко подначить. Что, говорю, ты, что ли, возражать не будешь, если я на твоих глазах с другим мужиком трахаться буду? Только потребуешь, чтобы таблеток сначала наелась или гондон на него надела понадежнее? А он в ответ спросил: а тебе с другим - хочется? Я аж оторопела. "Нет, конечно!" - "Ну вот и мне ни с какой другой бабой - нет" , - решительно так ответил и продолжил. "А если я не смогу, а тебе будет хотеться - тогда точно возражать не буду". Я от такого альтруизма маленько ошалела, да так, что вцепилась ему зубами в член шутя, и сделала ему минет тут же, по полной, да такой, что он аж изстонался весь: - Лида опять засмеялась. - Ну вот. Передохнули мы после этого немножко, да и продолжили разговор. Я его спросила: "Это что получается, ты нашу Таньку, как она сможет, драть будешь"? Он ответил: "Да не думаю, чтобы так уж и "драть". Обучить - обучу, а ты, кстати, готовься, Сережку учить будешь" - тут он меня приласкал пальцами между ног так, что теперь уже я застонала от удовольствия, - "а потом пусть они, в основном, сами друг другу стресс снимают. С нами, если только все вместе, ну и так: иногда". Причем последние слова он говорил, уже зарывшись мне лицом под низ живота. Ох, что он там язычком своим противным выделывать умеет, я же тебе уже рассказывала! Особенно когда руки мне под попу заведет да приподнимет немножко, - Лидия опять засмеялась. - Ну вот скажи, Мариша, могла я против такой аргументации устоять? - Это вряд ли: Марина в задумчивости сидела, откинувшись на спинку скамьи. Лида продолжила. - После этого я ему про отца все и рассказала. Первому, даже маме не рассказывала. Хотя она, я думаю, знала - папка ей почти наверняка все рассказал еще заранее, она у меня тоже была очень понимающая: Лида опять было расстроилась - ее мать пережила отца всего на полгода. Но тут же взяла себя в руки. - Вот так мы и пришли к согласию. Уже на следующую ночь мы Таньку к себе в постель взяли, и начали учить помаленьку. Минет она Кольке делала вполне прилично уже через пару недель, сначала вместе со мной, а потом и сама. Посмотрели - и решили, что с Андрюшкой до шести лет тянуть не надо. В четыре года он и пальчиками, и язычком уже и у меня, и у Танюшки и "там" , и с титьками работать умел вовсю. И сам удовольствие при этом получал, правда, скорее еще не сексуальное, а просто от игры с родителями и сестричкой. Танюшка именно от его язычка первый свой оргазм в восемь лет получила. Потом дети подросли, и: все стало совсем так, как Колька и хотел. Целку, кстати, Таньке тоже Андрюшка поломал, ему всего десять было, Таньке - двенадцать. Как-то само собой получилось. Играли все вчетвером, потом смотрим - Танька на коленках рачком стоит, а Андрюшка сзади к ней пристроился, письку в нее пихает - она только пискнула, и все, готово дело. С неделю ее дырочку потом думали не трогать, чтоб поджило, а она сама на четвертый день папе на член залезла и довольная была, когда он в нее первый раз кончил - ужас: Андрюшка-то тогда еще спермой толком не брызгался, не то, что сейчас, хотя стоял у него уже, как стойкий оловянный солдатик. А уж какую секс-акробатику они вдвоем выделывают иногда теперь - это ж видеть надо! И ты знаешь - прав Коля. Ну вот никак наш секс нашим отношениям не мешает. Воспитываем детей вовсю, тому же Андрюшке и от меня, и от Кольки иной раз и по шее перепадает во вполне буквальном смысле. А уж если кого из них к себе в постель не пустим, да еще и между собой запретим - все, высшая мера. Чуть задумалась. - И еще одно. Ты знаешь, трахаться с Колей и с Андрюшкой, если один на один - совсем по-разному. Но я не знаю, с кем из них лучше. С Андрюшкой все так нежно, ласково получается, с Колькой - жестко и весело. Но с обоими - так хорошо: Лида мечтательно потянулась. - И если они вместе - как бы не еще лучше. С полгода назад, у Андрюшки член уже приличного размера стал, попробовали они меня первый раз в два смычка отодрать. Мне понравилось - в заднюю дырочку я и до этого им обоим давала, но в две одновременно - куда как приятнее. Так Танька, зараза, насмотрелась на мои охи да стоны и им обоим даже отдохнуть после этого не дала - потребовала того же. Вот только они оба, и Андрюшка, и Колька, почему-то мне дружно говорят, что в постели я Таньку, мол, превосхожу по всем статьям. Чего-то мне сомнительно это дело, ну да ладно: Лида, продолжая мечтательно улыбаться, умолкла. Марина внимательно посмотрела на подругу. - И как оно в целом? - Что - как? - переспросила Лида. - Ну: тебя все устраивает? - Хм: ты вот что, - Лида порылась в своей сумке. - Чем спрашивать, посмотри-ка вот эту кассету. Это еще, в основном, со старой видеокамеры, за последние пару лет наснимали. Тут много - несколько часов. У нас в основном Андрюшка с камерой упражняется. Там хорошо видно, кого что устраивает, - Лида весело и очень хитро смотрела на подругу. Марина, принимая кассету, внимательно присмотрелась к подруге. "Нет, ни грамма ни горечи, ни сожаления. Похоже, им действительно хорошо всем вместе. Но как: непривычно! И теперь понятно, почему у Андрюшки на голую маму без дела не стоит. Его, с учетом каникул, Танька, поди-ка, с утра до обеда палки на три раскрутила:" - усмехнулась она. И тут же вспомнила свои три последних дня. "А ведь тебе, Мариночка, сегодня утром, когда целовала хуек сынки, было очень приятно. И хотелось куда как большего. Так что, похоже, правы Лидка с Колей кругом!" - повеселела она. Заговорщически посмотрела на Лидию: - Лид, а ты...