Порно рассказы
» » » 367 страница

Все рассказы по запросу: «НИЧЕГО НЕ МОГ СДЕЛАТЬ»


По Вашему запросу найдено 4062 рассказов (Результаты запроса 3661 - 3670):

 

 

 

 

 


 

 

 

 

 

22809 Ученицы волшебниц (16 часть)

3

27.08.2018 3716 0 547-

...самое ложное ощущение, что Саллара восстанавливает справедливость, о котором их предупреждали на уроках, и на котором держатся многие тираны и злодеи. Ученицы очень хорошо знали об этом в теории, но всё равно им пришлось сделать над собой усилие, чтобы подавить напавший на них приступ благодарности. Помогло напоминание самим себе, что той чихать на них, и окажись на месте Талариши самая добрая и отзывчивая волшебница, её бы точно так же попирали бы сапоги древней алхимички. Саллара медленно и плавно поднялась с трона, направившись к ученицам, не глядя на исполосованную хлыстом Таларишу, и впиваясь своими синими глазами в четырёх учениц. Тимарил с Дамирой переглянулись между собой, окинув друг дружку взглядом, оценивая свои всё более женственные тела, и отмечая подросшие груди младшей. Транссексуалки уже успели возбудиться, упакованный в золотую сеточку член Тимарил встал. У Дамиры, конечно, нет, и что та тоже возбуждена, девушки поняли в первую очередь по её личику, а когда разделись — по тому, что соски её уже совершенно женских грудей были уже тверды от возбуждения. — Госпожа, у Дамиры её штука больше не может подняться, как у парня. — Произнесла младшая транссексуалка, поймав на своих ещё подросших грудях полный зависти взгляд подруги. — Когда то же самое произойдёт со мной? Я имею ввиду, что сейчас я получаю куда больше удовольствия от любви, чем когда была юношей, и знаю, что больше он мне не понадобится, тот раз был моим последним, но сколько времени это займёт? — Довольно много. — Ответила алхимичка. — Можно было бы управиться быстрее, если бы ты тогда не полезла в Зару. А вот, что происходит со второй, мы сейчас посмотрим. Шагнув к ним, она потрогала Дамиру между её стройных девичьих ног, сгребла кожу, подёргала её, и удовлетворённо кивнула. — Яички уже рассосались, прекрасно. Этого пока ещё не видно, но её членчик тоже исчезает, пока что та его часть, которая находится внутри тела. Волшебница выпрямилась, оглянувшись к сёстрам, и вглядываясь в накрашенное овальное личико Тимарил, тоже настоящее женское, как у сестры. — Госпожа… — Медленно проговорила Тимарил. — Я знаю, Дамира здесь намного дольше меня, и станет девочкой раньше, но когда то же самое произойдёт со мной? Не то, чтобы я на что-то жаловалась, и всё же… — И всё же ты хорошо феминизируешься. — Ответила Саллара. — Дамира здесь с пятнадцати лет, и только сейчас начинает избавляться от этой штуки, а ты уже отрастила неплохие груди. Тимарил медленно кивнула. Затем обнажённая Дамира медленно выгнулась, принимая соблазнительную позу, и развела ножки, чтобы подругам удобнее было. Тимарил тоже протянула руку, ощупав её между ногами. Младшая транссексуалка с первых прикосновений обнаружила, что алхимичка нисколько не ошиблась в своих оценках. От яичек осталась только складка кожи, если у Тимарил между ногами прощупывалось начало пениса, но у Дамиры — нет. Тело транссексуалки продолжало перестраиваться по женскому образцу, и скоро у неё будет вагина. Тимарил попыталась представить, как то же самое происходит с ней, от чего возбудилась ещё больше. Углядев это, Амалия скользнула к ней, и прошептала сестре на ушко. — Рада за тебя. Не могу дождаться, когда я смогу по-настоящему, во влагалище, вонзиться в тебя. — Я тоже. — Ответила транссексуалка. — Если трахаться в киску и правда настолько лучше, чем в задницу, я попросту сойду с ума от удовольствия. — Надеюсь, что не сойдёшь. — - Тем же холодным голосом ответила древняя алхимичка. — Ты слишком ценна. Когда девушки принялись целоваться между собой, госпожа Саллара внимательно следила за ними, и ученицам казалось, что она только и ждёт удобного момента, чтобы ещё какую-нибудь гадость придумать. Они никогда не замечали за стопятидесятилетней алхимичкой с лицом и фигурой двенадцатилетней девочки попыток заниматься сексом, вместо этого она только смотрела на чужую любовь, и порола кнутом Таларишу или кто там ей попадётся на сей раз. Понаблюдав за этим, ученицы сошлись во мнении, что это не просто так, и телом с древней волшебницей происходило что-то нехорошее. Пусть даже со стороны это было заметно не больше, чем в её прошлый визит тридцать лет назад. Тем временем на втором этаже покоев госпожи Талариши, в комнатах девушек её гарема, Ариана, которую все вокруг упорно продолжали называть "Луноликой", вместе с дочерью сидели в куда более украшенной комнате, чем их собственная, с другой старшей женщиной, матерью двух дочерей, тоже служивших секс-игрушками волшебницы. Янира и Триана, названные в честь героинь древних легенд, девушки чуть старше Меланьи, спокойно улыбались, не чувствуя чего-то особенного в том, что Ариана оказалась здесь же, среди них. По словам Ксаньи, она с дочерями были самыми любимыми игрушками госпожи Талариши, и волшебница вызывала их к себе не реже раза в неделю. Ксанья, как и другие игрушки госпожи Талариши, богато украшенная и почти обнажённая, с весёлыми огоньками в глазах, откровенно наслаждалась хрустальным бокалом очень дорогого напитка, внимательно следя за тем, как женщина всё охотнее начинает смотреть на дочерей подруги по гарему Талариши. Как и на Ксанье, на девушках не было почти никакой одежды, они прекрасно себя чувствовали в очень коротеньких юбочках и незначительных полупрозрачных красно-золотых топиках, через которые очень хорошо просвечивали соски. Сёстры уже успели полностью лесбиянизироваться, и их самым большим наслаждением стали женские ласки. Ариана хотела поговорить с ними, пытаясь понять, как относиться к своему положению, и можно ли уговорить госпожу Таларишу отпустить Меланью, или хотя прекратить звать её Амилой. Ксанья оказалась приятной женщиной, и честно старалась успокоить Ариану, рассказывая, что госпожа Талариша никогда не позволяла себе таких вещей, как те, которые с ними начала проделывать Саллара. Ариана говорила, что Меланья всё же очень юная, и совсем недавно мечтала о замужестве, а теперь ей придётся провести годы в качестве игрушки для волшебницы, и что едва ли ей понравиться такая жизнь здесь, в гареме, пусть и среди всей этой роскоши. В ответ Ксанья тихо произнесла что Ариана может не волноваться на этот счёт. Как только девушка привыкнет к однополым ласкам, она полюбит их, и ей будет хорошо. Женщина почувствовала на краю сознания как в ней начинает пробуждаться желание. В последнее время оно усилилось, и не могло остаться незамеченным для окружающих. Уютная атмосфера комнаты Ксаньи и зрелище её почти обнажённого тела уже хватило, чтобы Ариана ощутила сексуальное влечение. Ксанья сразу заметила, что происходит с подругой. Она обняла Ариану. — Не переживай. — Ксанья с нежностью поцеловала её прямо в губы. — Мои девочки хорошо справятся с этим. Скоро твоя дочь будет такой же лесбиянкой, как и они. Ариана поразилась тому, как просто Ксанья сказала об этом. Женщина определённо привыкла к своей роли игрушки госпожи Талариши, и была уверена, что так всё и будет. Ариана же ещё удивлялась этому, но сейчас она сочла за лучшее согласиться, если они надолго останутся в гареме волшебницы, для Меланьи и правда будет лучше потерять свою гетеросексуальность. А девушки и не тратили времени зря. Пока Ксанья отвлекала внимание Арианы, Янира с Трианой успели подсесть к младшей блондинке, и уже начинали всё настойчивее клееться к ней, разговор начал потихоньку переходить в ласки. Нежные руки рыжеволосых девушек блуждали по обнажённой коже Меланьи, лезли ей и под одежду. Блондинка ещё дрожала, слишком свежи были воспоминания о том, что госпожа Саллара сделала с ними, но всё же дочери Ксаньи показали себя не столь… грубыми как алхимичка. Они не хватали её за выступающие части тела, а нежно гладили. Меланья чувствовала, что девушки любят её, и хотят чтобы ей было хорошо с ними. Она надолго, если не навсегда, останется в гареме госпожи Талариши, и будет ласкаться с ними. Эта мысль наполнила Меланью печалью на некоторый момент. Девушка понимала, что они способны дать ей совершенно восхитительные наслаждения, но кое-чего они дать ей не могут, даже если захотят. Она никак не сможет забеременеть от другой женщины. Оставшись здесь, она признается сама себе, что у неё никогда не будет детей. Она беспокоилась об этом, но со временем всё меньше и меньше. Должно быть желание иметь детей потихоньку исчезало вместе с её гетеросексуальностью, по мере того, как волшебницы делали её всё более лесбиянкой. Меланья чувствовала, как руки двух других девушек скользят по ней, раздевают её. Узкий топик и коротенькая юбочка полетели на диван, и нежные, тёплые, руки девушек коснулись её почти обнажённого тела. Янира провела ладонью по внутренней стороне бёдер, её рука легла прямо на её влагалище, коснувшись его сквозь тонкую ткань трусиков, и девушка почувствовала, что ей приятно, что они трогают её прямо там. С ними всё было совсем не так, как в тот раз, когда она была грубо лишена девственности. Эти девушки по-настоящему были нежны с ней, их привлекала её красота, и сейчас в происходящем было меньше насилия и больше страсти. И Меланья позволила им продолжать. Женщины ещё некоторое время любовались тем, как их уже совершенно нагие дочери ласкаются между собой. Янира играла с грудями Меланьи, пока Триана запустила руку в её киску, и своими ловкими пальчиками играла с ней, мягко и нежно лаская девушку изнутри, и Меланья почувствовала, как её вагина запульсировала удовольствием. Прикосновения девушек становились всё приятнее, и когда Триана вошла в неё рукой на всю глубину, Меланья больше не зажималась, а наоборот, развела ноги пошире, чтобы девушкам удобнее было. А затем Ксанья, почувствовав, как Ариана начинает возбуждаться от этого зрелища, и её тело начинает реагировать, привлекла подругу к себе, нежно целуя прямо в губы. Женщина почувствовала, как её руки словно сами собой начали ощупывать её, их тела соприкоснулись, и блондинка, уже избавленная от любых соменений и колебаний охотно уступила Ксанье. Незаметно женщина её раздела, и, оставшись совсем без одежды, Ариана по-настоящему ощутила себя лесбиянкой. Сейчас ласки с другой женщиной впервые показались ей совершенно естественными. Они доставляли друг дружке удовольствие, и переставали беспокоиться о чём-либо. Отдаваясь Ксанье, Ариана уже не понимала, почему раньше подобное могло показаться ей чем-то неправильным. На секунду отвлёкшись в последний раз, женщины ещё раз взглянули на свои дочерей. Меланья всё охотнее отвечала девушка, чувствуя как одни нежные губки скользят по её телу, а другие припадают то к одному сосочку, то к другому. Только тогда страх начал отпускать её, и девушка ощущала всё большее удовольствие. Почти как когда она только начинала ласкаться с другими девушками, до того, как Саллара заставила Ариану едва ли не насиловать дочь. Она сама всё охотнее целовала дочерей Ксаньи, и пару раз оглядываясь, девушки могли видеть, как их матери точно так начинают лесбиянить между собой. Ариана уже раздевала Ксанью, облизывала её полные груди, обхватила сосок губами, и сосала его как младенец. Если бы Ксанья в этот момент дала молоко, старшая блондинка бы нисколько не удивилась. Артистичные пальцы заполнили вагину Арианы, туда проскользнул сперва один пальчик, затем второй, третий, пока вся рука не ушла внутрь. Затем Ксанья медленно сжала ладонь, и принялась так же медленно двигать ею внутри Арианы, и широкое влагалище принимало подобные ласки. Ариане было приятно чувствовать руку Ксаньи в себе. Подруга медленно и плавно имела её, и, как и странно, сейчас эти ласки успокаивали. Вместо пышущей огнём страсти и захлёстывающего её желания, Ариана чувствовала тихую нежность в заботливых руках подруги. Женщина расслабилась, и её плавно потянуло в сон, пока Меланья отдалась таким же спокойным ласками двух других девушек. Дочь Арианы лежала на кровати, раскинув руки и ноги, пока Янира устроилась между её ногами, лаская киску, а Триана так же уверенно обхаживала её груди, целуя то одну то другу. Ариана так и осталась лежать где была, и потихоньку заснула на руках Ксаньи, и спала хорошо и спокойно. Наслаждение помогло. Чувство удовлетворённости женскими ласками осталось с ней и на следующей день, когда Ариана всё чаше ловила себя на то, что находит девушек всё более привлекательными, в том числе и свою дочь, когда видела как Меланья танцевала в окружении почти обнажённых прочих игрушек. Солнце закатилось, и обитель погружалась в сон. Волшебницы, ученицы, и простые служанки укладывались спать, и только в нескольких окнах ещё горел свет, когда Лили одна, стараясь ступать очень тихо, выбралась из их с Дамирой комнаты, и направилась в лес возле обители, туда, где её должен был ждать её милый мальчик. Воспитанник фейри по-прежнему жил в стороне от волшебниц, предпочитая более привычную ему природу. Юноша, как обычно не одетый, он так и не привык к одежде, за всё то время, после того, как ученицы забрали его из лесов юга, обычно ждал Лили возле ручья, собрав целую охапку лесных цветов, и сплетя себе венок, делавший его похожим на подругу, чьи листья, заменившие ей одежду, в последнее время выросли ещё больше. Госпожа Тринани начала давать ему зелья, и слегка феминизировала его, не настолько, чтобы он стал похож на девушку, но достаточно, чтобы у воспитанника фей перестала рости борода, тело стало стройнее и аккуратнее. Он до сих пор видел наоборот, темнота казалась ему светом а свет мраком. Чародейки внимательно исследовали его, пытаясь выяснить, что фейри проделали с ним, но так ничего и не поняли. По всем проверкам, какие они только смогли придумать, в......исследовали его, пытаясь выяснить, что фейри проделали с ним, но так ничего и не поняли. По всем проверкам, какие они только смогли придумать, в...