Порно рассказы
» » » 110 страница

Все рассказы по запросу: «НЕТ ТРУСОВ ПОД ХАЛАТОМ»


По Вашему запросу найдено 1322 рассказов (Результаты запроса 1091 - 1100):

 

 

 

 

 


 

 

 

 

 

18694 Жертва и палач (2-я серия)

12

16.09.2014 13658 3 fedya.mercury

...способом: он превращает ее в героиновую шлюху… P. S. В тексте нет призыва к насилию. Его единственная цель – развлечь читателя. Мнение ав......слетает несуразная шляпка, глупый шарфик ядовитой расцветки освобождает ее красивую лебединую аристократическую шейку, осенний плащик падает к ногам… Когда очередь доходит до грязного застиранного лифчика и «бабушкиных» трусов, я приказываю остановиться и повернуться то в одну, то в другую сторону. Мой взгляд отмечает идеально круглые и подтянутые груди, трогательную белизну бедер и крайне редкую стройность ног, как у куклы Барби. Девушка начинает пищать. Думает, что сейчас все начнется. Напрасно так думает. Я никуда не спешу и могу позволить себе растянуть удовольствие… Я медленно поднимаюсь с кресла, ухожу в соседнюю комнату и возвращаюсь с тоненькими голубыми трусиками. Кидаю ей. - Держи, сучка. А то от твоего «бабушкиного» белья меня тянет рыгать. Новые трусики приносят неудобство Алене – видите ли, они слишком малы. Они больно впиваются в плоть. Сзади ткань трусиков пропадает между ее спелыми ягодичками, а спереди плотно обтягивает половые губки. Так Алена выглядит гораздо лучше. Хорошо бы ей сменить еще и бюстгалтер… Да вот только лишь нижняя часть комбинации осталась у меня от прошлой жертвы… По моей команде Алена снимает лифон, и на свободу вырываются ее замечательные сиськи, похожие на разрезанные пополам дыньки. Трусики приказываю оставить. Не все сразу… Несмотря на приличное время воздержания от секса и вид обнаженной женщины передо мной, мой член даже не твердеет. Досадливо закидываю нога на ногу. Решаю пошалить. Приказываю жертве встать на четвереньки и ползти ко мне. Алена всхлипывает, но подчиняется. Я автоматически отмечаю взглядом ее сексуальный физиологический прогиб в пояснице. Да, красоту в некоторых местах никаким героином не испортишь!.. Груди призывно колышутся мне навстречу, а во мне реакции – никакой. Сопли застыли на некогда превосходном лице белой коркой. Зрачков не видно из-за пелены слез. Дыхание сиплое, прерывистое. Губы болезненно красны. Я выставляю ногу. Приказываю лизать туфлю, особенно подошву. В мои планы не входит травить девушку, заставляя ее жрать грязь, а потому туфли у меня чистенькие, недавно купленные, можно сказать, новехонькие, фирмач, отменная кожа, цена переваливает за пятьсот долларов… Черт возьми, да эта тварь должна получать большее удовольствие, чем я, раз ей разрешили притрагиваться своим грязным ртом к такой безупречной обуви! А она все подвывает, будто ей палкой ребра пересчитывают, неумело трется мордой о носок и размазывает сопли по туфле! Неблагодарная! Я поднимаю Алену за подбородок, варварски скручиваю бесконечно нежные сосочки и, глядя в глаза, безапелляционно заявляю, что сейчас ей придется отсосать мне. При чем, она должна попотеть, чтобы я кончил, иначе она не получит свой наркотик, и будет очень жаль, ведь она уже проделала такой нелегкий путь к достижению заветной цели. Алена норовит вновь зарыдать. Лицо корчится в гримасе. Я даю пощечину и тут же понимаю, что делаю это напрасно. С обожженной распухшей щекой девушка становится еще страшнее. Я отвожу взгляд от этого лица, искаженного страданием. Девушка копошится. Ее трясет, пальцы не слушаются, ей не в жизнь расстегнуть мой ремень. От нетерпения и злости я сам срываю замок и ненавидящим взглядом впиваюсь в ее уродливое лицо. Черт, как же в этот момент я хочу, чтобы она страдала еще больше! Как я желаю, чтобы она сейчас хотела только одного – умереть!.. - Соси, сука, соси… Ведь ты рождена специально для того, чтобы заглатывать грязные хуи… На большее ты не годишься. Наконец, Алена берет мой немного отвердевший член в свою слабую, тонкую, холодную ладошку. Не дрочит его, не играет с яичками, помогая второй рукой, а сразу проводит языком по стволу: от основания – до головки. Признаться, ощущения отвратительные. Язык белый и шершавый, как наждачная бумага. Нежная кожица на моем члене раздражается и краснеет. Я надавливаю на голову этой дуре. Она послушно принимает член в ротик и… останавливается. Снова ревет. Слезы стекают по лицу и по члену, сопли вязнут в густой заросли моих волос. Приходится отрывать жертву от себя, угрожать, шипеть, брызжа слюной, пока она не прекратит истерику. Наконец, Алене удается оборвать рыдания, и только паническая судорога сводит ей иногда грудь. Она вновь принимается за мой опавший член. Во рту у нее очень горячо и очень сухо. Она совсем перестает работать язычком и только насаживается на меня колечком потрескавшихся губ. Пожалуй, это худший минет в моей жизни. Похоже, девушка очень мало практиковала оральный секс. Тогда за какие-такие заслуги богатенький «папик» снял отдельную квартиру для нее в центре мегаполиса? А может, эта шалава просто не старается… или дурит меня? Вот она уже не осторожничает с зубами… Я вскакиваю на ноги разъяренный, хватаю жертву за волосы и шею и начинаю грубо трахать в горло! Член исчезает в ротике полностью, я чуть ли не чувствую ее гланды, член крепнет все больше... как вдруг Алена начинает издавать такие звуки, будто ее сейчас стошнит! Это сводит меня с ума. Я снимаю с себя девку и начинаю хлестать членом ей по лицу, выкрикивая ругательства. Член оставляет после себя красные полосы, а я в приступе бешенства луплю по щекам, по губам, по подбородку, по глазам, по лбу… От жестокости и ударов я наконец-то чувствую приближение оргазма. Скорее отталкиваю девушку и изливаюсь семенем в специально приготовленный стакан. Я шумно выдыхаю воздух, - кончил, черт возьми! Обычно после секса люди чувствуют эйфорию. Я же сейчас чувствую, как нервы мои натянуты до предела. Да и секса как такового не случилось. То недоразумение, что сейчас произошло, можно назвать разве что изощренной мастурбацией. А разве этого я хотел? Я стремился получить сказочное удовольствие, сжимая в объятиях красивейшую в городе женщину, раздавливать ее весом своего тела и, томясь в предвкушении оргазма, вдыхать кисло-сладкий запах кожи и секса… А вместо всего этого мне сейчас погано так, будто я шел на свидание к любимой девчонке, чтобы поиметь ее попку, а в итоге меня отодрали в хвост ее многочисленные братья. Обман, кругом обман и разочарование. И в этом изменчивом мире надо остаться верным хотя бы самому себе. И если я решил оттрахать эту сучку, то я сделаю это так или иначе. Пускай первая попытка не увенчалась успехом… Плевать. Время терпит. А пока остужу пыл… Быстро пью две чекушки рома, к которому я так привык на квартире у Алены, и с удовольствием затягиваюсь сигаретой. За спиной у меня лежит и плачет девушка. Поток ее слез и отчаяния неиссякаем. И это раздражает. Ну просто не человек, а комок нервов и боли. Как я уже говорил, мне не впервой насиловать женщину. Но никогда раньше мне не приходилось так туго. Обычно женщина через несколько минут становится мокрой там, где необходимо. Под конец полового акта ей даже нравится, хотя она тщательно скрывает это. Обычно женщину выдает влагалище: оно сокращается, когда женщина достигает оргазма. А моя нынешняя жертва, кажется, останется фригидной до конца. Рывком я стягиваю с Алены трусики. Она бьется в истерике, ревет ревмя, и мне кажется, что легче сунуть член в ведро с песком, чем ей в пизду. Но я уже дал себе слово не останавливаться… Я бросаю ее на кресло и развожу ей ноги. Слава Богу, неделю назад я догадался побрить ей киску. Однако, легкое покалывание под пальцами начинает портить мне настроение. От лобка пахнет дурно. Как же девушка запустила себя в мое отсутствие… Но мой член уже налит кровью, ведь недаром говорят, что аппетит приходит во время еды. Пробую вставить пальцы. Ни в какую. Экспериментирую со смазкой. Вроде, легче, но члену, все равно, требуется более широкое пространство, к тому же он намного нежен, нежели палец. А Алена все вопит. Мне неловко. И не в том смысле, что ее могут услышать соседи, нет, - квартирка моя в монолитном доме, потолок и пол дополнительно отделаны звуконепроницаемым материалом, я часто пользую квартиру, когда «по долгу службы» необходимо развязать кому-нибудь язык… Меня смущает другое: почему девушка никак не примет неизбежное и не прекратит напрасное сопротивление? Я закрываю лицо Алены ее же волосами, сосредотачиваю взгляд на ее груди и вхожу. Чувствую: скользко, тепло и, главное, привычно. Еще больше возбуждаюсь и начинаю неспешно пилить мою жертву. Вхожу в раж, убыстряю темп, в экстазе хватаюсь рукой за игриво подпрыгивающую сиську. В этот момент девушка пугается еще больше, и я чувствую резкую боль в члене, как будто меня разрывает изнутри. Я быстро выхожу и хвалю себя за быструю реакцию. Еще бы чуть-чуть, и эта сволочь поймала бы меня «в замок». - Прекратите… прекратите… - Только и могу разобрать я. А чего, собственно, прекратить, когда все уже сделано? Ну или почти все… Я же еще не разрядился… Эта дрянь доставляет мне проблем больше, чем я ожидал. Вновь все приходится заканчивать самому. Переворачиваю девушку на живот, обнимаю свой член ягодицами Алены и начинаю таким образом натирать себе, пока не чувствую, что сейчас кончу. Вовремя подставляю стакан и спускаю. Секса у меня не было давно, и стакан полон уже наполовину. Так я кончил во второй раз. Еще не в Алену, но уже лучше. Следующая моя цель – попка Алены. Давно я не имел такие крепкие орехи!.. Алена молчит. Видимо, находится в полубессознательном состоянии. Возможно, дело пошло бы лучше, дай я ей в начале наркотик… Но сейчас поздно об этом думать – надо доводить начатое до конца. У Алены нет сил сопротивляться, когда я вставляю ей в попу расширитель. Засовываю палец в прямую кишку, обследую. Как и следовало ожидать, там у нее все грязно. Клизма кажется мне слишком хлопотным занятием. Поэтому я просто натягиваю презерватив и жду. Желание возвращается ко мне достаточно быстро. Я сбрасываю с себя остатки одежды, хватаю жертву за голову, заставляю ее подняться на четвереньки. Вынимаю расширитель и резко вхожу. «Врата» не успевают захлопнуться, как я уже внутри. Ужасно тесно и немного больно. Но в этот раз уж точно все будет по-моему. Я привыкаю находиться внутри девушки, и даю девушке время привыкнуть ко мне внутри себя. На удивление, она ведет себя тихо. Значит, сил не осталось даже на то, чтобы подвывать. Что ж, неплохо. Я крепко сжимаю ягодицы руками и прихожу в восторг, когда чувствую под кожей невероятную упругость мышц. Такое ощущение, будто я стараюсь сжать пальцами футбольный мяч!.. Да только хватит кайфовать, пора жарить. Коротко размахиваюсь (насколько позволяет длина члена) и со всей силы вгоняю его поглубже в попку, будто пытаюсь протаранить членом бетонную стену. От неожиданности и резкого толчка девушка охает, ее тело подбрасывает на кресле вперед, где-то в шейном отделе хрустит позвонок. Однако, я не даю девушке слететь с меня, крепко удерживая ее за таз. Еще размах, еще удар, - Алена выгибает позвоночник во избежание травмы и отчаянно цепляется ногтями за обивку кресла. Я вновь толкаю ее, и она уже громко сопит. Я ужасно медленно растягиваю время между фрикциями и в тоже время засаживаю ей все глубже и каждый раз с большим напором. - Думала легко отделаться, оборзевшая тварь?! Я вывел тебя...