Порно рассказы
» » » 11 страница

Все рассказы по запросу: «МОИ ВЗРОСЛЫЕ ЛЮБОВНИЦЫ»


По Вашему запросу найдено 576 рассказов (Результаты запроса 101 - 110):

 

26424 Продавец Людмила

3

06.05.2019 10672 0 lovuseks

...ажурного бюстгалтера, целуя отвердевающие, розовые сосочки. Мы были пьяны от счастья, незаметили, что у нас появились зрители. Стайка саплюшек выпорхнула на полянку и замерли, такого зрелища наблюдать им не доводилось – взрослые мужчина и женщина целовались и она выставляла обнажённую грудь под лучи весеннего солнышка. - Боже, ты так целуешь, твои руки волшебны… мои коленки дрожат, как у школьницы… дыхание запирает и будто меж пальцев твоих, переплетённых с лучиками солнца, сиянье этого дня и весеннее счастье и тепло… Милый, мне стыдно и хочу ещё… и душу прогреешь и приласкаешь, как никто не ласкал, - шептала Мила сквозь тяжёлое дыхание и стоны. Тёмная юбка вколено поползла вверх, выше и выше, я орудовал везде. Полные ножки в капроновых колготках сводили с ума своей шелковистостью, таинственностью и сквозь них просвечивали такие же белоснежные, кружевные трусики, промежность увлажнилась, соки пропитали одежду моей дамы. Желание разрывало мозг, Людочка с трудом сдерживая меня и собственный стыд шептала: - Дурачок, мой милый дурачок… Ох… о.. ос.. оста…навливайся! Мне тоже трудно, но посмотри вокруг, - призывала, правда безрезультатно, к моей совести Мила. Девочки-подростки наблюдали за нами из-за ближайшего кустарника, ловили расширенными глазками каждое движение, каждый поцелуй и каждое слово о любви. - Пусть посмотрят, ничего же не случится… Милая Мила… пусть им тоже перепадёт от нашего счастья хотя бы крохи…, - я возбуждённо, пламенно шептал моей звёздочке на ушко. Много позже мы стали любовниками. Однажды с огромным, непосильным трудом мы накормили ласками нашего монстра- нашу страсть, лежали голые и болтали о всякой всякоте. Она лежала чуть отстранившись и смотрела на меня, блуждая взором с головы до пят. - Эта кровать – семейное ложе, а я сюда привожу мужиков и наставляю рога своему змею… он гад проклятущий, из меня всю душу вынул, пил иногда сильно, гулял, когда я не могла дать ему, издевался, пока наш сын не подрос. Я зависела от него,роды тяжёлые, малыш на руках, вообщем пиздец или ад кипённый был… короче лирика с матерным уклоном… это теперь у меня свои бабки, -делилась своей болью и бедами моя сладострастница, - теперь вот такова моя месть… но мне приходилось и с участковым спать, кто-то стуканул, что я оптом самогон сдаю и у меня дома целый подпольный цех. А что было делать, дала и потом ещё и денег заплатила… Захочешь жить, как говорится, и раком станешь, и в рот возмёшь. Спала с мужем подруги и куча всякой грязи было вот сдесь! Никогда не унижай свою жену, слышишь, никогда, иначе месть будет ужасной… Молодая, цветущая женщина вдруг поникла и стала рюмсать, выступили слезинки на глазах, круглые, налитые плечи вздрагивали. Я успокоил её, как мог, от всего сердца, ибо мне реально было жаль эту очаровашку. - Свет мой, зеркальце, скажи да всю правду доложи, кто после Милы может быть милее, румяней и белее, -дурачился я, переходя на серьёзную тему, - скажи, а ты пробовала ласки женщин, расскажи как это, какие ощущения? Люда долго отнекивалась, упиралась, но таки сдалась и начала рассказ. Была у родной сестры в гостях. Старшая сестра очень привлекательная дама, грудь троечка, ноги от ушей, на жопу глядя мужики сворачивают шею. Один её любовник с ней поругался и сестра очень тяжело, болезненно переживала разрыв. Люда лежала рядом с сестрицей, её мужа они выперли из спальни. Сестра вдруг заплакала, как тяжело ей жить и дальше что делать. На душе кошки скребли по открытой ране. Люда обняла её и погладила сначала по голове, потом по плечам, хотела успокоить и сестра взяла Людыну руку и опустила на живот. Не нужно было пояснять, что делать дальше, шёлковая ночнушка сестры была откинута и начиналась, конечно же сразу заканчиваясь, где-то на шее пышным шелковистым облаком. Людмила была доброй, чувственной и взрослой девочкой и стала целовать животик, соски родной сестры, лаская пальчиками промежность, погружая, их в нежное, мокрющее лоно. Потом опустилась ниже и поцеловала гладенький лобок, сестра лишь просила продолжать, умоляла не останавливаться, избавляясь от накрывшей её истерики, загораясь бесстыжим пламенем. Людочка стала лизать клитер, потом язык прошёл ся по губкам и окунулся в глубь гарячей вагины. Сестра кончила быстро и девчёнки уснули. Я тоже умолял не останавливаться на этом эпизоде, догадывался, что есть ещё что-то. Очень уж мне хотелось узнать больше сокровенных, тайных историй о том, как и чем занимается с женщинами моя любовница. Поплыли строки над её семейным ложем: Любите женщину за грех, который вынесла из рая ……… Любите женщину за ночь, которую она Вам дарит. И за желание помочь, когда смертельно Вы устали. И за бесценный дар небес — сарказмы терпеливо слушать. Любите в женщине мечту и интригующую тайну. Не унижайте красоту , упреком брошенным случайно. … и был вознаграждён. Это голубоглазое создание открыла уста, когда поняла, что это мне нравится и осуждать её я просто не посмею. Однажды она повздорила с мужем, крепко так повздорила и тот ушёл, Людочка сидела расстроена, просто плакала и слёзки текли по щёчкам с ямочками, не раз уже поглядывала на дверцу шкафчика, за коей стояла литровая бутылка водки. - Станет она мне сегодня подружкой на ночь, - размышляла горевавшая женщина. Вдруг тишину разорвал звонок в дверь. - Открыто, входите, -вяло,сквозь рыдания ответила молодая женщина. Вошли соседи армяне, молодая пара Армэн и Роксана, её подкалывали – мол почти певица Бабаян. Ребята были молоды, как впрочем и многие в том подъезде, до 30 лет, всегда добрые, обходительные ребята и очень сексуальны, невзирая на большие носы. Хорошенькая армяночка частенько пялилась на Людмилу недвусмысленными взглядами, пожирала грудь, выпирающую сквозь тонкий халат или по полненьким ножкам взгляд полз выше и блуждал меж ними. Тогда сиявшие глаза становились затуманенными мечтательной поволокой… - Люда, ты, что… милая моя девочка чего плачешь что ли? Ну что случилось? Мила… иди же ко мне…, - шептала с придыханием нежная армянка, поглаживая по голове рыдающую Людмилу, , - ну… Милочка.. давай я тебя обниму, ну же успокойся, какое горе у тебя? - С Олегом поругалась, он ушёл. - Не реви, дурочка, глупышка моя… я всегда говорила, что он у тебя шкаф большой, но антресоль пустая и ключик совсем совсем так Голубиный. От таких не уходят, ты ведь просто бриллиант, - армянка нежно гладила голову и спину Людмилы, уткнувшейся той в грудь и вздрагивавшей на сосках, - ну же, успокаивайся, глянь-ка глазки совсем красные… У тебя же и небесной голубизны глаза, и румяные щёчки с дивными ямочками, такую прелесть не забудешь, а увидишь и всегда хочешь. - Давайте, девочки, выпьем, -вмешался Армэн и наполнил довольно большие стопки до краёв, -а то глядя на вас и жить не хочется и застрелиться лень. Молодайка опрокинула вместе со всеми обжигающий коньяк и огнём обожгло горло и упало пламя в желудок, потом потекло, как ни странно, вниз живота и там растаяло превращаясь в сок её цветка меж ног. Люда стала понемногу успокаиваться, слёзки были выпиты тканью короткой маечки Роксаны и её соски светились сквозь тонкую, промокшую ткань, вызывающе выпирали набухшими твёрдыми ягодками, тёмные, шоколадные они завораживали. Измученная душа нуждалась в этом томном голосе соседки, её ласках, вообще в ком-нибудь, в ком попало, лишь бы не оставаться одной в этот горький миг её непростой жизни. Потом немного поболтаво том, о сём, прошла вторая и третья стопка, девчёнки уже весело щебетали и постепенно опьяневшие они перешли на эротическую тропку. Ладонь соседки лягла на круглое, полненькое колено Люды, ласково поглаживая, будто крылья бабочки, как касание лёгкого, весеннего ветерка. Будто невзначай, замедлила, едва приостановила руку и точным движением Роксана расстегнула сначала одну пуговицу внизу. Оценивая реакцию желанной пышки, через пару слов и одну минуту расстёгнута уже и вторая, полы халатика раздвинуты нетерпеливой гостьей. Мила неосознанно , машинально, как школьница, сжалась и сдвинула ножки. Спустя минуту напряжения, она расслабилась, колени раздвинулись сами, не решилась на ханжеские дёргания, не стала на том акцентировать внимание лукавых соседей.Все делали вид, что ничего особенного не происходит… Армянка же продолжала, постепенно задирая край халата показывала мужу бедро всё выше и выше, в тоненьких пальчиках, источавших тепло и ласку, появилась дрожь, тем это было сильнее, чем выше задирался край ткани и ближе к трусикам. Мужчина, сидевший напротив, глазами пожирал нежные бёдра и промежность в кружевных, белоснежных трусиках, к которым уже подбирались руки его жены и это было прекрасно, красиво и пусть ханжи поднимут челюсти, это было совершенное зрелище. Две молодые женщины были полной противоположностью друг друга и в том и было чудное мгновение, фиеричность момента. Армянка с тёмными, бархатными глазами, черноволоса, стройна, гибкий стан и маленького роста, чуть смуглая кожа, как и большинство армян. Моя же любовница была пышечкой, блондинка с белой шелковистой кожей, пышная грудь у пышной хохлушечки, такой себе милой Милочкой среднего роста, щёчки с ямочками всегда были чуть румяны и когда она возбуждалась или стеснялась румянец становился ярче и больше, а серо-голубые глаза становились небесного цвета. - Пусть будет, что будет, мне с ними уютно, мне они сегодня очень нужны, я буду покорной, буду всё терпеть, - думала про себя белокурая хозяйка дома, оглядывая коротенькую майку соседки, с тесёмочками вверху вместо плечиков и едва прикрывающую очаровательную, объёмную попу внизу. и показывающая стройные ножки в чёрных, капроновых колготках почти до самой промежности. - А у нас тоже проблемка нарисовалась, - как то вдруг погрустневшая армянка, молвила мягким шёпотом, - муж не может кончить, когда выпьет, а я голодная, ты.. вобщем… ну может ты не откажешься с нами расслабиться, вон как мой благоверный пялится на тебя… да и мне ты нравишься уже давно и я не в силах уже молчать об этом. Я хочу тебя, Милочка, моя хорошая, люблю и муж не против… Соглашайся, красивая моя, ласковая, соглашайся тебе ведь тоже сегодня это бы нужно… иди ко мне… Сказочная аура, завораживающий, пугающий и пронзительный взгляд подруги упирался в зрачки блондинки, проникал в душу, казалось до самых сокровенных глубин и Люда не выдержала, прикрыла глаза. Ещё мгновение и гарячие влажные губы армянки прикоснулись к её губам, затем жадно их обхватили и женщина ответила покорно, не сопротивляясь, раскрываясь настойчивому языку Роксаны, врывающемуся языку, несущему море ласки, океан страсти. - О боже… мамочка…, - мелькнула мысль в голове Милы, обнимая гибкий стан сладострастной, умелой соседки, чувствуя, как жаркие, жадные, пухлые губы армянки сосут её шею, словно вампирша. Маленькая,чуть влажная и очень тёплая ладошка лягла на пышную грудь Люды и круговыми движениями стала её ласкать. Моя прелесть не ожидала такого поворота, а армянка не почувствовала сопротивления уже забиралась за край шёлкового халатика, расстегнув уже сразу пару пуговиц одну за другой, обнажая шарообразную, упругую, белую грудь с розовыми вишенками сосков одним порывистым движением. - я… ну незнаю…, ой ё…о я же без лифчика, -немного смущаясь шептала Мила, немного смущаясь даже не от взглядов соседей, почти чужих людей, а от того, что сама перед собой не хочет сопротивляться. Она положила свою ладонь на ладонь армянки и нежно приостанавливая или наоборот прижимая к груди, поощряла движение нежной мальенькой ручки соблазнительницы с нежнейшими кончиками пальчиков. -Ну как же сладко, Мила, ну умничка, молодец, хорошая,- шептала Роксана, целуя ушко подруги, лаская кончиком влажного языка. Люда покосилась на Армэна и тот одобряюще улыбнулся, наполняя очередную рюмку для неё и стало вдруг тепло на душе, она поняла, что одиночество и боль уходят из её сердца, душа понемногу оттаивает, наполняется чем-то новым. - Цветочек ты наш, Люда, ты богиня, ты повелитель наших сердец, - мягко, вкрадчиво шептал Армэн, но так твёрдо и убедительно, чтоб женское сердечко дрогнуло и не смело трепыхнуться к сопротивлению или возражению. Она вовсе не сопротивлялась, покорно сидела, когда армянка стала сбрасывать уже расстёгнутый халат, жарко целуя её в губы, языком забираясь в ушко, лаская языком плечи и долго, сильно целовала соски, всё… Она сдалась, она горела новым желанием, страсть пылала меж ног и сосок армянки прикоснулся к губам блондинки, потом в жарком поцелуе вовсе утонул во рту Люды. Люда приподняла попу от стула, когда мужские руки, нежно гладившие её бёдра, начали стягивать трусики, уже давным давно промокшие от сока любви исамого настоящего бабьего хотения. Вдруг она вздрогнула, замерла, когда трусики были уже на полу и их хозяйка переступая с ноги на ногу, выходила из них. - Милые, родные мои, я готова, я понимаю, что сейчас будет… вобщем ДА, конечно ДА… только вот я не всё могу, я на всё готова…, - пряча своё волнение, сильное смущение за лёгкой улыбкой раскрасневшаяся Белоснежка почему-то тихо проговорила, - ваши мужчины… ну так я слышала, вобщем кавказские мужчины любят в женскую попу и я этого не могу. После операции, мне больно. Пожалуйста, я прошу не мучайте меня… - Ангел, а в ротик? - Сколько угодно и ласково и глубокая глотка и долго, - улыбнулась, облегчённо вздохнула Люда, сияя голубыми озёрами. Гости повели хозяйку в спальню и на ходу стали раздеваться с помощью нагой Людмилы. Через пару шагов каждый лишался одной из вещей, под стоны и жаркие взасос поцелуи, тискания и сплетения тел. Первой упала футболка Роксаны и Мила целуя соски любовницы опустилась на колени, начала медленно скатывать тончайшие колготк......и сплетения тел. Первой упала футболка Роксаны и Мила целуя соски любовницы опустилась на колени, начала медленно скатывать тончайшие колготк...