Порно рассказы
» » » 237 страница

Все рассказы по запросу: «МАМА СОСТ У СЫНА»


По Вашему запросу найдено 2405 рассказов (Результаты запроса 2361 - 2370):

 

 

 

 

80397 И мы учились, как молоды мы были.

30

24.10.2013 13376 0 balum19

...Как то раз, он уже довольно зло спросил, когда я собираюсь родить ему сына или дочь, я сказала ему о том, что проверилась и передала совет врача,......Витя и ты очень добрый дядечка. Дай мне всё таки выпить, мне станет полегче, а потом не выкидывай меня, как та тётка, а дай поспать. Домой я не могу идти, пьяная, да и не дойти мне одной, а если дойду, то папашка прибьёт, а мамашка поможет ему. А ты добрый, я знаю. Таня была хоть и пьяная, но голова у неё работала нормально. Действительно, отпускать её в таком состоянии было нельзя, а у меня в комнате было две кровати. Молодой парень, что числился, здесь не ночевал, предпочитая ночевать у подруги, которую успел завести в городе. Я жил в общем то один, иногда правда здесь тоже спали женщины, которых я любил. Сегодня их не предвиделось и я решил, да пусть ночует. Я налил ей бокал вина и пока она его пила, сходил и закрыл дверь на ключ. Вернулся к столу и подал Тане бутерброд с красной икрой, делал себе два. Она закусила и кажется даже протрезвела немного. - Вкусно, дядечка Витечка. Ой, что то я есть захотела. Я придвинул к ней сковороду с жареной картошкой и рыбой и улыбаясь смотрел, как резво и комично она уплетает это, за обе щёки, как говорят. Глазки у неё прояснились ещё больше. Я налил себе ещё бокал, посмотрел на неё. Она помотала головой, отказываясь и меня это порадовало. Тане действительно стало явно лучше, когда она съела пол сковороды почти картошки и два кусочка жареного минтая. Отвалилась от стола и, когда я допил и поставил бокал, сказала: - Спасибо, дядечка Витечка. Наелась от пуза и спать пока не хочется. Ты мой спаситель и я должна тебя за это поцеловать, как принцесса из сказки. Ты очень хороший, можно я тебя поцелую. Она поднялась и подошла ко мне, ожидая ответа. - Ну, поцелуй, если действительно хочешь этого. Меня, такие молоденькие, давно уже не целуют... Таня дождавшись этих слов, уселась мне на колени, обняла за шею и поцеловала вдруг, по настоящему, взасос, пытаясь вставить мне в рот свой язычок. Я понимал, что это неправильно, что я стар для неё, но ничего не мог с собой поделать. Руки сами обняли её за спинку, губы ответили на её поцелуй, впуская в рот её шустрый язычок, а потом перехватили инициативу и теперь уже я засасывал её губы и наши языки встретились, лаская друг друга. Но самое главное, что мой член поднялся, задубел и упёрся в её промежность, вместе с трениками втиснувшись между её ножками. Она оторвалась от поцелуя, тихонько засмеялась и лукаво погрозила мне пальчиком. - Ой, дядечка Витечка, такой большой и взрослый, а ведёшь себя, как и мои ровесники. У них тоже сразу встают, стоит только мне сесть на колени и обнять. Но с тобой приятнее, ты так хорошо целуешься и обнимаешь, а они сразу лапать и сжимать начинают. Больно только, и совсем не приятно, как с тобой. Давай ещё целоваться, а потом поласкай мне пипиську, чтобы ещё лучше стало. - Господи, что же я делаю. Промелькнула мысль, но я уже целовал её снова, одна рука ласкала её грудки, в то время как вторая пробиралась в трусики, уже мокренькие в одном месте, куда стремилась попасть ладонь. Пробралась, палец притронулся к напряжённому и большому уже клитору. Таня дёрнулась всем телом, сильнее обняла меня и стала целоваться ещё яростней, азартнее, пошевеливая бёдрами, когда я начал поглаживать и ласкать её клитор и расщелинку с кудряшками по краям. Я чуть-чуть ввёл ей палец во влагалище, она застонала, подавшись навстречу и расслабилась, а палец сразу стал мокрым. - Да она же кончает. Пронеслось в голове и я двинул пальцем дальше, вглубь влагалища. Целки не было и меня это в какой то мере успокоило. Я стал двигать пальцем имитируя половой акт. Влагалище снова сжалось, обжимая палец и снова его обдало новой порцией влаги. Мой член находился совсем рядом и изнывал от того что не может попасть куда надо. - Дядечка Витечка, снимите свои штаны, пусть он побудет у меня между ножками сам. Он ведь хочет туда попасть, а штаны твои не пускают его. А мне так приятно было. Я балдею от тебя. А хочешь, мы полежим с тобой в постельке, голенькие? И ты меня ещё раз поласкаешь. - Танечка, что же ты со мной делаешь? Я же взорвусь сейчас, если ты не впустишь меня в себя. Ты же чувствушь всё. Дай мне, миленькая войти, я не сделаю тебе больно. Я раздел и положил её на кровать. Скинул с себя всё и лёг на неё, раздвигая коленом её ножки. Устроился, закрыл поцелуем рот и стал потихоньку вводить в неё член. Она не была целкой, но влагалище, в котором до этого были, видно, только письки пацанят, было слишком узким и член, не смотря на обильную смазку, входил очень трудно Таня мычала что то сквозь занятые поцелуем губы, но не пыталась вырваться или помешать. Она сама раскинула ножки ещё шире, согнув их в коленках и когда я оторвался от её губ, сказала: - Не надо. Я не буду кричать и мне ведь не больно. Большой он только очень, но я всё равно дала бы тебе. Ты мне нравишься, дядечка Витечка. Ой! Он уже весь вошёл. Да, член поместился в её дырке. Я медленно и осторожно, стал вытаскивать его наполовину и снова вставлять, опираясь на локти. Дырка выворачивалась почти наизнанку при этом, но Таня боли видно не чувствовала, с каким то любопытством наблюдая эти мои движения. Я начал понемногу ускорять движения и она обняла меня за спину, пробуя подстроиться под них, стала поднимать свои бёдра. А когда движения ещё ускорились, то она застонала и прижалась к моему паху, не давая вытаскивать член. Она кончила, а когда её влагалище почти до боли сжало мой член, то кончил и я, выплеснув в неё сперму, не успев вовремя вытащить член из неё. - Вот видишь, дядечка Витечка, нам обоим хорошо. Можешь не бояться, у меня только вчера утром месячные кончились. Я не забеременею, ты же этого испугался, когда хотел его вытащить из меня. Пусть он там пока побудет, а я буду опять целовать тебя, и ты снова меня захочешь. Не надо будет снова начинать. Вот так. Она обвила меня своими ножками, пытаясь не выпустить из себя, чем рассмешила. Я и сам этого уже не хотел, чувствуя, как опять зарождается желание и член, не успев ещё опасть, опять отвердел и стал готов к продолжению. Сделал первое движение, со свистом почти, выжав наружу свою сперму, её соки и попавший во внутрь воздух. Почувствовал, что стало немного свободнее и стал вставлять и вытаскивать в нормальном своём темпе. Танечка быстро подстроилась и начала получать удовольствие почти при каждом втором толчке внутри её, опять сжимая член и сокращая этим продолжительность акта. Она уже раза четыре расслабилась, когда я вновь выплеснулся в неё, ощущая дикое наслаждение от её узкого влагалища. На этот раз я навалился на неё всем телом, пока наполнял, но она только томно вздыхала, не опуская своих ножек. Немного отдышавшись, я осторожно, стараясь не выйти из неё, перевернулся на спину и она оказалась сверху. Пошевелилась, и ощутив, что член всё равно в ней, довольно захихикала. Я чувствовал себя превосходно и готов был не выходить из неё, сколько она захочет. Мой член чувствовал себя в её влагалище отлично и вскоре опять уже был на взводе. Такого со мной ещё не бывало, пять раз, не вытаскивая из Танечки свой член, я кончал в неё. Дважды это было сверху и последний раз я кончил, опять подмяв её под себя. Я был опустошён, выжат до предела, а она была уже почти совсем трезвая и то, что она пила, чувствовалось только от поцелуев, когда её дыхание отдавало резким и не очень приятным запахом перегара. Очевидно поняв моё состояние, Танечка, лёжа всё ещё подо мной, притянулась, целуя меня и заявила: - А тебе уже хватит, дядечка Витечка, он внутри меня уже мягкий и больше не встанет. Она захихикала, что то вспомнив, наверное, потому что тут же выдала: - Меня двоюродный брат, в деревне, у бабушки, заманил на сеновал и стал ебать. Он тоже не вытаскивал его из меня, кончил семь раз. И потом у него не встал больше. Я вышел из неё, отвалился и лёг на спину. Мне стало интересно, поражала её наивность в этих вопросах, одновременно с её умением и желанием получать наслаждение. То, что ей нравится заниматься сексом, было понятно и видно сейчас особенно сильно. Я был вымотан до предела, а ей хоть бы что, и она готова продолжать это, приятное для неё занятие снова. Я повернулся к ней и сказал: - Танюша, ложись ко мне на грудь, и может расскажешь, как ты стала такой сексуальной девочкой. Я без ума от тебя и мне это очень интересно. Кто был у тебя первым, как ты потеряла девственность? Или тебя смущают мои вопросы? - Что ты, дядечка Витечка? Чего же теперь смущаться. Я никому ещё ничего такого не рассказывала, да и не спрашивал никто об этом. А мы что, спать сегодня совсем не будем? Я совсем даже не хочу, мне интересно с тобой. Сказала она поудобнее располагаясь на мне своим тонким девичьим телом, которое я обнял, поглаживая. - Спать будем, конечно, но расскажи всё таки о себе. Ты такая славная девчонка. ---------------------------------------------------------------------------- Рассказ Танечки о своих сексуальных приключениях. ===================================================== - Ну ладно, расскажу. В школе меня звали только рыжей, я привыкла и отзывалась на эту кличку, иногда не понимая даже кого это зовут называя Танькой. Попадала в смешные положения. Груди у меня появились быстро, болели правда, немного, когда росли. В тринадцать лет их не было совсем, а в четырнадцать, когда заканчивала седьмой класс, они были уже ничего, нормальные и многие девчонки завидовали мне, а парни старались при удобном случае потрогать их, посжимать, получая при этом, конечно, по рукам, а иногда и по морде, если мне больно было, когда они щупались. Я с папкой и с мамкой живу ведь здесь, в городе, на Визе, но близко к центру. Минут десять пешком до площади от нас. Летом, после седьмого класса, я целый месяц болталась с подружкой Ленкой то по центру, то на плотинке, то у нас дома, то у неё. У неё ещё был брат, старше нас на два года, Артём его зовут. Первый раз мы с Ленкой поцеловались и пощупались у нас дома. Было жарко и на улице и дома, мы разделись сначала до трусиков и лифчиков, потом решили освежиться под душем. Разделись, залезли в ванну, настроили душ. Моемся под ним, хохочем, балуемся. Ленка первая ухватилась за мои грудки и стала их так ласково сжимать, я не отставала от неё и взялась за её груди. Стоим, смотрим друг на дружку и щупаемся. Внизу так приятно стало, не знаю как уж получилось, но мы с ней вдруг обнялись и стали целоваться взасос и язычками, крепко прижавшись титечками одна к другой. Она опять первой стала тереть мой клитор, ну а я у неё. Я сама раньше часто ласкала его так, получала даже удовольствие, но одно, когда это делаешь сама и совсем другое, когда тебя там ласкают. В общем мы обе почти сразу стали мокрыми там, и словили кайф. Мне лично понравилось, да и Ленке тоже, но она оказывается уже пробовала так. Ей делал это Артём, брат, уболтав её пообжиматься. Он ласкал её пипиську, а она его член, не очень большой ещё. Я спросила её, просил ли у неё Артём поебаться. Она вздохнула, помолчала, а потом сказала что просил, но она испугалась и не дала ему. - А хочешь, вместе ему дадим? - Дура, он же целки нам сломает, и больно же это. - Ну, целки нам всё равно кто то сломает, так пусть лучше это будет Артём. Он хоть не проболтается. Не дурак же, я знаю. Тем более, у него он всегда стоит, и ему здорово этого самого хочется. Если боишься, то я первая дам ему, потом ты. - Ты что, Танька? Совсем-совсем не боишься? Больно же будет. - Так один раз, всего, больно, а потом приятно. Киношки же смотрим и книгах тоже пишут про это. - Ну, ладно, а где будем? У нас гости приехали, предки довольны даже, когда я у тебя ночую. Знаешь, Артёмка к двоюродной сестрёнке, клинья втихаря подбивает. Интересно даже, даст она ему или нет? - А что, даст, если не совсем дура и не забоится тоже. Слушай, а давай его заманим ко мне. Папка с мамкой завтра с утра на дачу уедут на два дня. Только как заманить его? - Фи, запросто, я отпрошусь опять ночевать к тебе, а Артёмке шепну, что у нас есть бутылочка вина и мы с тобой решили гульнуть немного, если он хочет, то может присоединиться к нам. Он точно клюнет на это. Скажу ещё, что предков твоих нет дома. - Молодец, Ленка! Значит к вечеру купим и вина, для Артёма. Всё, он наш. ------------------------------------------------------------------------------------- - Что, дядечка Витечка? Интересно я рассказываю? У тебя он зашевелился, опять. Хи-хи. Я засмеялся, член, и вправду, поокреп немного и устроился у Тани между ляжками. ===================================================================================== - В общем, когда, около семи вечера, пришёл Артём, то мы с Ленкой уже пропустили по рюмке из большой восьмисотки портвейна и покувыркались на разложенном диване, который и разложили, специально, для игр с Артёмом, потёрли друг дружке письки и были весьма в хорошем настроении. Артём, зайдя, осмотрелся, увидел раскинутый диван, усмехнулся, хмыкнул довольно, видя початую бутылку на столе и наши раскрасневшиеся мордочки и по хозяйски уселся за стол, сразу наливая вино в три стопочки. - Что это вы сегодня отмечаете, даже меня позвали. Никак не ожидал от Ленки такого. - А это не Ленка, а я решила тебя позвать. Хочу поближе познакомиться, подружиться. - Так мы с тобой рыжая, ой, Танечка, и так не враги вроде бы. - А я хочу понравиться тебе, Артём. Зови меня рыжей, если хочешь, я уже привыкла. - Ты и так рыжая, но красивая и титьки вон какие большие уже, не то что у Ленки. - Ах так, а я значит некрасивая? А чего ты щупаться ко мне, тогда, лезешь? - Ты что, Ленка? Я не сказал что ты некрасивая. Нет, ты очень даже ничего, я сказал что тити у тебя меньше Таниных. Не обижайся ты. Во, дура, заревела. - Грубиян ты, Артём. Зачем сестру обидел? Давай, поцелуй её тогда, успокой. На, подай её рюмку и поцелуй. Вот видишь, она уже улыбается. Выпьем, давайте, чтобы веселее было, пей Леночка. Мы випили, поболтали немного, ещё выпили и Артём пошёл на балкон, он у нас застеклённый, покурить. Я подмигнула Ленке и пошла за ним. Стояла болтала с ним, а когда он выбросил окурок, обняла его и поцеловала. Артём растерялся немного, но ненадолго, почти сразу взял меня за попку и стал мять её, тоже целуя меня. Я почувствовала его напрягшийся член животом, он же выше меня, но не оттолкнула его, а наоборот прижалась ещё сильнее. Он переместил руки с попки на мои груди и стал мять их, сжимая иногда до боли. Стал шептать мне, что я ему уже нравлюсь и он хочет быть со мной. Я отвечала ему что то, поглаживала спину, плечи, голову, возбуждала его. - Танечка, а ты хочешь переспать со мной? Ты же поняла, как я этого хочу. - Я согласна, но пойдём тогда ещё выпьем, допьём бутылку, потом сделаем это на диване - А как же быть с Ленкой? Она же у тебя ночует. - Ну да, но я выставлю её на кухню, пока мы будем этим заниматься. Ты что, боишься её? Но вы же щупались с ней и письку ты ей ласкал, а она тебе. Чего бояться, может потом и ей захочется. Пойдём пока пить, там увидим. Мы зашли в комнату и я опять подмигнула Ленке. Допили бутылку, посидели, потом я как бы между делом сказала Ленке, чтобы она пошла и посидела на кухне, пока мы с Артёмом будем заниматься любовью и снова подмигнула. Ленка прыснула смехом, но поднялась и ушла, оставив нас двоих. Я подошла к Артёму и стала расстёгивать у него рубашку, он скинул её, потом я стащила с него майку и штаны с трусами. Он тоже помог мне раздеться и голенькие мы запрыгнули на диван. Артём тут же навалился на меня, сразу стараясь раздвинуть колени. Я немного посжимала их, растравливая его, потом сама раскинула ноги и он лёг на меня, целуя в губы, тиская груди и пытаясь вставить в меня свой член. Сразу не получилось, он тыкал им то в верх лобка, то в ляжку, то нажимал на клитор и ни как не мог попасть в дырку. Я взяла тогда его член и сама направила куда надо. Хоть и была уже мокрой, но он не смог с первого толчка сделать что надо, только причинил мне сильную боль. Я едва сдержалась от крика. Вторая боль была ещё сильнее и я потеряла на какое то время сознание, а когда пришла в себя, то Артём уже вовсю "трудился" на мне, то резко загоняя член до самого конца, то вытаскивая, чтобы снова вогнать. Боли не было, ничего не было, только ощущение движущегося во мне члена, и какой то дискомфорт от этого. Скоро он замер, охнув и пробормотав что то, а я ощутила, как внутри опалило жаром. Он начал спускать в меня, делая последние, особенно глубокие толчки и тут я почувствовала вдруг, такую сладкую боль внутри, что обжала его член и тоже кончила, выпустив свою влагу. Он лежал на мне, тяжело дышал, но не вытаскивал член из меня, а тот, почему то не уменьшался в размерах. Мне было тяжеловато под ним и я хотела уже сказать ему об этом, но он снова начал двигаться, вытаскивая и снова вставляя свой член в меня. На этот раз я уже не чувствовала дискомфорта, а сразу, с первого почти толчка, внутри меня стало зарождаться такое приятное ощущение, что я, обняв Артёма за спину, стала подавать бёдрами ему настречу, только бы не исчезла эта приятность. А потом опять моя писька раза три сжимала его двигающийся член и я получала удовольствия. Второй раз он "трудился" немного дольше, но и удовольствие, видно, получил полнее. Когда, весь запыхавшийся, он вытащил член из меня, поднявшись на руках, то тот был весь скользкий на вид и в крови. Кровь была и на моей промежности, лобке и на ляжках. Ну и на простыни, конечно. Мы встали, он ушёл под душ, я сняла замаранную простынь и с ней последовала за ним. Мы вымылись, подмылись, я застирала простынь и повесила на полотенцесушитель. Потом мы вернулись в комнату, там уже сидела Ленка и смеялась глядя на нас, голых. Я накинула халат, а Артём спешно натянул трусы. - Значит получилось у тебя, Танечка? - Улыбаясь спросила Ленка. - А ты не торопись, братец, не прячь своего скакуна, не видела я его, что ли. - Она вытащила из за спины ещё одну бутылку вина. - Надо отметить это событие. Таня стала женщиной. - А молодец, Ленка. Только где она вино то взяла. Покупали одну бутылку. - Подумала я, садясь за стол с отличным настроением. Как бы поняв мой невысказанный вопрос Ленка, передавая бутылку Артёму, сообщила: - У меня были деньги и я купила её ещё до того, как мы пошли с тобой в магазин. Как знала, что потребуется. Разливай братец. Артём разлил по рюмкам, мы выпили за меня и за него. У него тоже это было впервые. Он немного смущался сестры, а со мной сел рядом и обнял за плечи, шепча, что ему понравилось со мной и он не пртив, чтобы повторить. Я, в общем то, тоже была не против, но рядом сидела Ленка и, как я поняла, тоже хотела уже лишиться целки. Поэтому я шепнула Артёму на ушко, чтобы он пересел к сестре и попросил об этом её. - Я уже просил у неё и она не захотела. - Ничего сейчас захочет, давай иди к ней. Всё получится, как надо. - Эй, вы чего шепчетесь, я ведь тоже здесь и не постороняя, кажется. Колитесь, о чём. Артём видно понял кое что, поднялся и пересел к Ленке, сразу обняв её и начиная щупать грудки, Ленка покраснела, немного, но не оттолкнула его, а сама протянув руку, ухватила его уже напрягшийся член. Начала сжимать и оглаживать его, а Артём, посмотрев на меня и подмигнув, ухарски притянул к себе голову сестры и впился в её губы, расстёгивая на ней халат и стягивая его. Ленка захихикала и сказала: - Тань, может ты тоже на кухне посидишь, пока мы с братиком кое чем заниматься будем? - Вы стесняетесь меня? Так ведь сама то, вовсю подсматривала, когда я целки лишалась. Я видела, так что посижу, мне тоже интересно. Артёму вон, до лампочки, лишь бы вставить тебе, так что делайте своё, как будто меня здесь нет. Артём уже стащил с неё халат и добирался до трусиков. Ленка встала и трусики с неё слетели, а сама она упала спиной на диван, подталкиваемая братом, который тут же сбросил и свои трусы, наваливаясь на неё сверху. Я сидела сзади и мне было хорошо видно, как член Артёма стал входить в Ленкину пиздёнку. Резкий толчок, крик Ленки и всё. Артём начал резко ебать её, только задница ходила ходуном вверх и вниз, да слышались стоны и вскрики, вначале видно, Ленке было больно. "Трудился" Артём довольно долго и мне было интересно наблюдать за ними. Я видела, как Ленка, лежавшая без движений с широко раскинутыми ногами, начала шевелиться, ноги приподнялись, сгибаясь в коленях, сменилась вдруг тональность её стонов, а бёдра пришли в движение. Потом её руки обняли Артёма за спину, а движения, толчки его, резко ускорились. Они оба часто и шумно задышали. Потом почти одновременно раздались; победный уже, ликующий вскрик Ленки и, облегчённо, громко вздохнул Артём. Вжимаясь друг в друга они замерли, Ленка расслабленно опустила свои бёдра, а Артём сделал ещё несколько толчков, сильно прижимаясь к ней лобком и тоже расслабился, придавив тело Ленки к дивану. Всё, у Ленки тоже не было больше целки, она тоже стала женщиной, а на свежую простынь стекала и капала из её влагалища, выдавливаемая находившимся в нём членом, сперма, перемешанная с соками и кровью. ------------------------------------------------------------------------------------- Вот так, дядечка Витечка, я и моя подружка лишились девственности. ==================================================================================== Мы совсем не стеснялись уже друг друга и после того, как они сходили в ванную, застирав и вторую замаранную простынь, Ленка и Артём не стали ничего на себя одевать. Я, чтобы не выглядеть белой вороной, тоже сняла свой халат и втроём, голые уселись за стол и стали пить вино, отмечая, что Ленка, тоже женщина. В тот вечер Артём ещё по два раза занимался с каждой из нас, но на диване мы были уже все вместе. Подзуживали друг дружку, хохотали и еблись, чувствуя себя вполне счастливыми. Удовльствия тоже получали сполна и нам это нравилось. Уснули где то часа в три, наверное. Утром Артём выебал нас ещё по разу, потом они с Ленкой собрались и пошли домой. Двоюродную сестру, кстати, он так и не смог уговорить, раскрутить на это дело, но ему сейчас давала Ленка и он был этим вполне доволен. В воскресенье, вечером, приехали родители и уговорили съездить к бабуле, в деревню, это под Режом, на речке. Я уже была там и поехала с удовольствием, поднадоело уже в городе, на каникулах. А там мне понравилось тогда, там ещё было много девчонок, с которыми я успела познакомиться и подружиться. К тому же, как раз начались месячные, которые меня, впрочем, не очень доставали и беспокоили, но давать Артёму при них я не хотела. В общем, в понедельник, после полудня я была уже у бабушки, где как оказалось, гостили уже мои, двоюродные, брат с сестрой. Брату Лёшке было уже шестнадцать, а сестре Вике, пока только тринадцать, хотя у неё уже торчали спереди маленькие грудки и фигурка у неё была красивая. Бабуля мне очень обрадовалась, заявив, что может я смогу и утихомирю этих сорванцов, которых мир не берёт и они постоянно ссорятся и скандалят. С моим приездом, действительно, установился мир. Правда, бабуля даже не понимала, как и за счёт чего это произошло. Бабушка у меня ещё не старая, ей было только пятьдесят и она ещё работала в конторе бухгалтером, поэтому приготовив с утра нам еды на день, она уходила к восьми часам на работу, а мы были предоставлены сами себе, чем и пользовались в полной мере. В нашем распоряжении был большой дом, сарай, где жила корова, но это зимой, а сейчас она была в стаде, на выпасе, куда бабушка ходила вечерами её доить. И ещё огромный сеновал, сена там летом было мало, только и хватало нам, для устройства своеобразных постелей. Но там был всегда свежий воздух, пахнущий травой-сеном и нам это нравилось. Мы с Викой ночевали на сеновале, а через два дня, после моего приезда, туда переселился и Лёха, который вечерами обычно гулял с ребятами и девчонками по деревне. ----------------------------------------------------------------------------------- Мы с Викой тоже бывали там, часов до десяти вечера, а потом шли на свой сеновал. Лёшка приходил позже, когда мы уже спали обычно. Устраивался на своё место и тоже засыпал. Но как то раз он пришёл часа в два ночи и не один, к тому же. С ним была, в общем то, не очень симпатичная девчонка, старше его на два года. Я как раз перед их приходом, проснулась и сходила пописяла. Только залезла и улеглась, как услышала, что они поднимаются по лестнице, тоже, на сеновал. Лешка ей что то шептал, а она тихонько хихикала. Ночи в середине июня светлые, поэтому я видела всё, чем они занимались. Они прокрались к Лешкиной постели и он разделся до трусов, Верка, так звали эту девчонку, раздеваться не стала, сняла только трусики, сунула их в кармашек и улеглась, задрав подол сарафана и разведя ноги. Лёшка спустил свои трусы до колен и улёгся на неё. Она хихикнула, когда он стал вставлять ей, обняла за спину и сразу стала ему подмахивать. Сено не кровать и никакого скрипа конечно не было. Слышно было только частое дыхание и видно, как опускалась и поднималась Лёшкина голая задница. Они старались, очевидно, сдерживаться и никаких стонов и других звуков кроме громкого и натужного дыхания я не услышала, однако моя пиписька стала мокрая и я подумала, что тоже не отказалась бы позаниматься этим делом с Лёхой. Рядом спала, ничего не ведая Вика. Мне захотелось, я стала тереть свой клитор пальцем, и кончила вместе с ними. Они целовались, и я тоже кайфовала. Они поебались ещё раз, после этого слезли с сеновала и Лёшка пошёл её провожать, а я уснула. ------------------------------------------------------------------------------------- Дня через два, наверное, к Вике с утра пришли подружки, её ровесницы и она убежала с ними на речку. Делать было ничего не охота, стояла жара и я, в одном купальнике, расстелив одеяло во дворе, на траве, лежала и загорала, когда пришёл откуда то Лёшка и, ничего не говоря, улёгся рядом со мной. Полежал немного, потом повернулся боком и стал меня разглядывать, как будто никогда до этого не видел. - А ты, ничего, красивая Таня. - Он придвинулся и обнял меня. - Хочешь, поцелую? - Целуй. А тити можешь поцеловать? - Спросила я, провоцируя его, так как трусики у меня уже намокли. - Меня там ещё не целовали. Хочу попробовать, девчонки говорят, что классно. А чего у тебя трусы оттопырились? - Ты лифчик то сними, тогда поцелую. - Сказал Лёха начиная целовать меня в губы. - А как снять, если ты придавил меня. Снимай уж сам тогда. - Я вытянула руки и он стащил с меня лифчик через голову. Посмотрел на мои грудки и впился ртом в один сосок, стал щупать и мять их руками. Мне это нравилось. Потом он убрал одну руку с груди и залез ей в трусики, провёл пальцем по щели, я опять потекла. Вдоволь насосавшись грудей и обслюнявив их, Лёха привстал, оглянулся вокруг и зашептал мне: - Тань, пойдём на сеновал, чтобы кто нибудь не увидел. Я сделаю там тебе приятное. - Ну пойдём, одеяло только возьми тоже. Я встала и, не надевая лифчика, пошла к лестнице на сеновал. Залезла, улеглась на своё место, на спину, ожидая Лёшку. Он тоже залез, встал надо мной, наклонился и резко сдёрнул с меня маленькие купальные трусики Лёг на меня, по хозяйски раздвинул мне ноги, приспустил свои трусы и тут же ворвался в моё мокрое влагалище. Член у него был, конечно, не Артёмкин, и я почувствовала боль при этом, но только один раз, потом боли не было, а было одно сплошное удовольствие. Лёшка сразу стал резко вколачиваться в меня, придавив своим телом и взявшись руками за мою попку. Я приподняла ноги в коленях, обняла его за спину и стала старательно подмахивать ему, сразу поймав ритм его толчков. Наслаждение заливало меня всю раз за разом, и когда кончил он, вытащив член из меня и плеская из него на мой живот своей спермой, я почувствовала какое то сожаление, что он делает это не во мне. Тем более, что месячные кончились всего день назад. Когда он снова лёг на меня, благодарно обнимая и целуя, я сказала ему об этом, очень обрадовав его. После этого, он шесть раз ещё ебал меня не вытаскивая уже члена и кончая в меня. А я вообще обкончалась под ним, до того мне было хорошо. Часа через два мы оба всё таки устали, а у него стал мягким и уже не поднимался. Оделись, я купальник, он надел трусы и майку, побаиваясь, что нас может застать его родная сестра Вика. Захотели есть и слезли с сеновала, чтобы пообедать. ------------------------------------------------------------------------------------- Вика прибежала, когда я раскладывала по тарелкам картошку и котлеты и заявила: - Я тоже голодная, как волк и если вы меня сейчас не накормите, то съем вас, обоих. - Ну, мелкая появилась, опять начнёт донимать чем нибудь. Накорми ты её, Таня, а то покоя нам не видать. А где твои подружки-соплюшки? - Ты, Лёха дурень. Никакие они не соплюшки. У них тоже, даже титьки уже есть, правда маленькие, меньше моих даже. А мои и тебе нравятся. Ведь так? - Это ты дурёха, Виктория. Не стыдно, при Тане такое говорить? - А что? Она же нашенская, сестра двоюродная. Подумаешь, узнает как ты тити мои щупал У неё тоже наверное пытался. Таня, он тебя не просил показать ему тити и письку? А у меня просил и я ему показывала, а он показывал мне свой хуй. - Слушай, сопля, ты хоть думаешь о чём болтаешь? Придётся заняться твоим воспитанием, ремнём или палкой по заднице. Ух, болтушка! - Лёшка был взбешён. Я засмеялась, глядя на злое лицо Лёшки и испуганную мордашку Вики. - Хватит вам скандалить. Не из за чего же. Ты сам Лёша виноват ведь, в этом. Посмотрел, пощупал, показал, а обьяснить, зачем ты это делаешь не смог или не захотел, вот и получил. Тёмные вы, всё таки, пацаны. Неужели ты не видишь, что Вика уже почти созрела для интима, но ничего ещё не знает об этом, хотя наверняка уже ласкает себя в одном местечке, втихаря ото всех. Я посмотрела на смущённую Вику, обняла её, поцеловала в губки и сказала: - Не смущайся, Вика, через это ведь все проходят, это возрастная потребность, почувствовать удовольствие от ласк самой себя. И я так делала, да и сейчас иногда делаю. Хочется. Ладно, обедаем сейчас, потом ты Лёша смываешься куда нибудь, а мы с Викой чем нибудь своим займёмся и поговорим кое о чём, что ты не сумел обьяснить. Только не води больше на наш сеновал эту, свою красотку, Верку. Договорились? Лёшка покраснел и до конца обеда не сказал больше ни одного слова. После обеда он ушёл, а мы с Викой, прибрав на столе, пошли на наш сеновал, где я разделась догола. Вика немного помялась, потом тоже разделась, видя, что я поглядываю на неё с улыбкой. Легла на свою постель, которая была рядом с моей. Я придвинулась к ней и стала ласково целовать её нежные губки, засасывая их и щекоча язычком, просясь в её ротик, плотно сжатый вначале. Она расслабилась, раздвинула губки и я просунула язычок туда, сразу начиная ласкать им нёбо и язык. Вика вздохнула, сама крепче прижалась ко мне своим телом и своим язычком попыталась протолкаться в мой рот. Игра языками завела обоих, я положила свою ладонь на её, голенькую ещё пипиську и, проведя пальцем вдоль расщелинки, стала ласкать её, довольно большой клитор, слегка торчащий, выступающий из половых губ. Вика часто задышала и стала делать тоже самое мне. Её оргазм наступил через минуту, она оторвалась от поцелуя и тоненько закричала. Я почувствовала, как завибрировало её влагалище, а моя ладонь стала мокрой. Сама я не успела получить удовольствие, да не очень и стремилась к этому, желая узнать насколько чувствительна моя двоюродная сестрёнка, целочка пока, как я думала. Когда она открыла свои зажмуренные глазки, я крепко поцеловала её в губы и переключилась на грудки и сосочки, весело торчащие не небольших холмиках. Вдоволь нацеловав их, опять завела Вику и она снова часто задышала, поглядывая на мои действия, гладя руками мои плечи. Потом стала спускаться по её телу, целуя и лаская его руками и добралась наконец до её голенькой пиписьки. Развела в стороны её ножки, обняла за бёдра и лизнула раскрывшуюся расщелинку. Боли конечно не было, но Вика вскрикнула и вздрогнула всем телом. О том, что так тоже получают наслаждение, я слышала и мне очень хотелось попробовать это самой. Полизав расщелинку, раздвинула лепестки, розовые и подрагивающие, обнажила её маленький вход во влагалище и засунула туда свой свёрнутый язычок, покручивая им и лаская. Вика снова вскрикнула, и судорожно сжала мне голову своими коленями, хотя боли я ей опять не доставила. Поорудовав немного язычком, ещё больше завела Вику, которая положила мне на голову свои ладони, нажимая ими. Тогда я стала целовать и посасывать её торчащий, напряжённый клитор и Вика не выдержала такой "пытки", нажала мне на голову, вталкивая её в себя, Изогнулась всем телом, опять вскрикнула и потеряла сознание, как я, когда Артём сломал мне целку. Она вся расслабилась сразу и лежала чуть дыша, чем испугала меня немного, хоть я и знала, что это не смертельно. Я оторвалась от её пиписьки, сняла с плеч ноги, которыми она сжала мою голову при оргазме, чуть не придушив меня, и легла рядом с ней, поглаживая её голову и лицо. ------------------------------------------------------------------------------------- Вика пришла в себя и повернулась ко мне, смущённо улыбаясь и явно желая чего то. - Таня, а где ты так научилась. Мне было очень приятно и хорошо, да ты и сама поняла. - Ничему я не училась, слышала, что делают так и решила попробовать с тобой. А ты сразу завелась и мне это понравилось, я поняла, что ты кайф словила офигенный. А мне ты сможешь поласкать там ротиком и язычком? Как я тебе? Я тоже хочу покайфовать. - Я попробую, Таня. А ты с мальчиками не спала ещё? Ну, не давала им? - Ты наверное, хочешь узнать целка ли я ещё? Так вот. Давала. И целки у меня уже нет. - Тань, а тебе было сильно больно? Ну, когда он хуй в тебя совал? - Больно, сначала, но не долго. А потом, я тоже кайф словила, от этого, даже сильнее, чем когда сама себе трёшь, или кто то тебе это делает. Ты что, тоже уже не целка? - Ну да. Меня парень из восьмого класса, он мне сильно нравился одно время, уболтал. Сначала целовал, тити щупал, а потом стал уговаривать, дать ему полежать на мне. Это весной было. Тепло уже и мы с ним щупались в школьном саду. Он постелил на траву свою ветровку и мы легли. Он спустил мне с плеч лямки от платья и давай сосать груди, как ты сегодня, я тогда завелась и ничего не сказала, когда он снял с меня трусики и стал пальцем ковыряться в письке. А потом он вытащил из ширинки свой хуй и стал им тыкать в меня. Сначала не попадал, а потом попал. Было сильно больно, я закричала и хотела сбросить его с себя, но он не дал, а всё тыкал и тыкал. Потом он вылил в мою письку свою молофью и слез с меня. Я посмотрела себе в низ, увидела на ляжках кровь и заревела. Он пожал плечами, застегнул ширинку, сказал: - Поздравляю, ты уже не целка. - Повернулся и ушёл, усмехаясь. Я наревелась, потом пошла к фонтанчику для питья, там никого не было, подмылась, надела трусики и пошла домой. Никому ничего, конечно, не сказала. Парень, Лёшка тоже его зовут, оказался не болтуном и в школе об этом не узнали. Он потом ещё подходил, звал поебаться, раз не целка уже, но я ему отказала, сказав что, если он будет приставать, то расскажу обо всём брату. А нашего Лёху многие в школе побаиваются. Больше он не подходил. Вот так у меня всё получилось, но никакого кайфа я тогда не поймала. Фригидная я, наверное. Как ты думаешь, Тань? - Ну да, такой кайф от ласк ловишь и фригидная. Просто у тебя не получилось с первого раза. Надо было дать тогда парню, когда он подходил к тебе и всё бы получилось. - Боялась я, что снова больно будет, да и разонравился он мне после этого. - А хочешь, с братом? Он хорошо ебётся, мне с ним понравилось. - А ты что и Лёхе уже дала? Не-е, Лёха со мной не будет, злой он на меня. И брат, всё таки, а с родными братьями нельзя. - А чего нельзя? Ты же не собираешься от него рожать. Можно, лишь бы не знал никто. А что злой он на тебя, так ты же специально его из себя выводишь. Что, не правда? - Да правда, правда, - засмеялась Вика, - нравится мне его позлить. А как это сделать чтобы он сам меня захотел? Не-е, не будет он. - Будет, ещё как будет, лишь бы у тебя всё нормально было, чтобы и ты кайф словила. Он сегодня вечером ко мне полезет. Это точно. Я ему дам, конечно, а потом уговорю, чтобы он тебя, ласково и нежно поимел. Он захочет этого, по моему. Согласна на это? - Наверное, Не знаю даже. - Я засмеялась и Вика тоже. - Да, ладно, согласна. ------------------------------------------------------------------------------------- Вечером мы с Викой сходили к речке, где обычно собирается молодёжь, посидели, поболтали с подружками и в десять часов, как обычно, пошли к себе на сеновал. Там она сделала, наконец, что обещала ещё днём, полизала и пососала мою пипиську, доставив мне хорошее удовольствие, один, правда раз. Потом мы лежали, обнимались, целовались, щупались. Когда пришёл Лёшка, Вика притворилась спя...