Порно рассказы
» » » 205 страница

Все рассказы по запросу: «К НАМ БЕЗ СТУКА ВОШЛА»

По Вашему запросу найдено 2051 рассказов (Результаты запроса 2041 - 2050):

 

110614 Подставил маму

76

09.11.2013 40150 10 Kazanova
...притихли. - Мишка, к тебе гости, - спокойно заявил Андрей. Выключив без спешки комп, он так же спокойно добавил, - иди, открывай дверь. Андрей......комнате, чтобы спокойно посмотреть порнушку. Убедившись, что дядя Марк нам не помеха, мы вновь включили комп и продолжили просмотр. Фильм уже подх......переход темы в деловое русло, – в гостинице опасно, дома у нас может застукать отец. Остаётся в школе. Завтра после занятий просто закроемся в кла......в квартиру своих друзей, с которыми Анна затем встретилась, когда вошла в свою спальню. Возмущению Анны не было предела, но ребята быстро уло...

 

112449 Верная жена и SexWife (6 часть: Развязка)

29

26.12.2018 29397 11 не известен
...тебя. Видимо, на том конце, говорили, что не нужно, но он настаивал, - без возражений! Я обязательно встречу тебя! А то мало ли что, там в это вре......мною блок. Я стоял в Коньке ( Стойка, издревле применявшаяся Пластунами, - одна нога, лежит голенью на земле, а другая, согнутая в колене, сто......его кин гери (короткий удар ногой, обычно голенью) в пах. Голень четко вошла в его промежность, и парень, заскулив, упал на колени, корчась от бол......его троими товарищами, я обалдел, все они были в дорогих костюмах, с галстуками, просто настоящие джентльмены. Я познакомил с ними Татьяну, они цел...

 

94962 Царица (1 часть)

11

16.12.2019 16993 0 Искатель
...И сестру точно так же. Нет у нас старших родственников с такими именами. А так, конечно, были в нашей истории и цари, и герои, и мудрецы с мои......для потрындеть-потрещать. Такие запросы бывают либо у молодых мамочек, безвылазно сидящих дома с детишками, и готовых от скуки хоть геополитику об......в какую-то точку за окном. Стукнула дверь в ванной. Слышу, что Царица вошла в комнату. Предельным усилием воли заставляю себя не оборачиваться. П...

 

366600 Сюрпризы изменившие мою жизнь

31

25.08.2018 28671 15 ddvv81
...для чего я здесь! Она стала, что-то говорить, говорить и постоянно с намёками о близости. Словно случайно касаясь этой темы иногда, но постепенн......с кресла пересела на быльце моего положив руку на спинку. И всё как бы без лишних движений и дерганий, а как будто для неё это не в первый раз! От......в тупик! Да я был в стального цвета с отливом костюме, но без галстука на, что и попытался съехать. Но жена под руку подталкивала вперед! И......за комнатой. Она типа спящая была достав и грудок ключ открыла дверь. Вошла хозяйка с жонихом и с ходу начали друг друга перебивая галдеть: Мы те...

 

205754 Одна десятая лошадиной силы (4 часть)

38

25.09.2017 96886 24 Porcupine
...вышел в проход Нурик. Он закурил сигарету и стал озираться по сторонам, оглядывая через распахнутые двери пустые стойла вдоль коридора. Он про......и чувствовала, как чувство голода быстро сменялось ощущением блаженного безделия, которое, как ей казалось было заслужено нелегким и долгим трудом......увеселительных гонках. Дверь, щелкнув замком, распахнулась и в комнату вошла девушка в голубом ошейнике. Не обращая внимания на Ирину, она простуч...

 

111863 Очки, чудеса и любовь

131

09.12.2019 29598 21 georgiybek
...инородная деталь исключительно удачно дополняет внешность. Она и без них не была страшилкой, но на общем фоне не выделялась. Обыкновенная си......оригинальным. Блин! Я когда-нибудь не удержусь и пошлю. И не вежливым намеком куда, а вполне конкретно. - Нет. – Сухо отозвалась она, заранее мор......красоте, она легко сбежала к воде и, осторожно пробуя незнакомое дно, вошла в озеро. Ноги чуть проваливались в мягкий ил. Алена зашла по плечи в...

 

298893 Мама. Глава 6

9

18.11.2019 28555 1 Maxime
...при большом желании могли сойти за мужские, но они явно были куплены с намёком. «Возможно и есть парни без комплексов, которые носят розов......стоны продолжали литься из маленькой колонки на столе. Поглядывая на экран, Марина стягивала с Жени штаны. Её язык непрестанно облизывал губы, мама вошла в роль, ловила действия на экране и пыталась подражать порно-актрисе. — Как думаешь, я смогу сделать лучше? — её бровка изогнулась. В следующий......должна кончить, или пока рано? — округлила глаза, задвигалась навстречу, стукаясь ягодицами об его втянутый живот. — Я же говорил, слишком жирная по...

 

123153 Одна десятая лошадиной силы (3 часть)

27

27.07.2017 63629 6 Porcupine
...и, дождавшись, когда значение станет неизменным, сбавил скорость. Ирина без труда тащила коляску со своим наездником. Андрей еще пару раз заставил......конца свой документ: - До отъезда в лагерь остается пара-тройка дней, а нам много нужно успеть. Вы успеваете отдыхать? - Не вполне, если честно, -......Удовлетворенно кивнув, он направил ее к началу дороги. Ирина вошла в вагончик последней. Посреди относительно чистого нутра бытовки, заб...

 

117875 Джекпот. Главы 25-31, эпилог

9

27.04.2017 7697 3 Maxime
...Вика плывёт масляным взглядом. «Битч» звучит грубо, соблазнительно грубо. Безвольно прикрывая веки, Вика выражает согласие. — Аня сделала операцию по......хватке корсета. — Бедняжка, надеется, что теперь ты начнёшь отвечать на её звонки, — Петра беспощадно чеканит слова, агрессивно выдаивая Вику. Зрачки куколки расширились, она умоляет Петру остановиться, но та только вошла во вкус: — Её новая вагина получше моей, но ты ведь не интересуешься вагинами? — Петра со смаком выплёвывает «вэджьайна», ударяя «джьай» в каждом упоминании, рассасывая слоги. Глаза Вики наполняются слезами. Аня ждёт звонка? Петра произносит по слогами: — Ты сама вэджьайна, bitch, — зло прищурившись, встаёт на цыпочки, чтобы как можно лучше заглянуть Вике в глаза. — One mother-fucking dirty slut vagina! — последние слова она орёт, выдавливая ручкой остатки воли. Вика не выдерживает, заливается слезами, выстреливает на платье Петры, выплёскивая в агрессивную ручку горячую манку. Петра смотрит в шоке на платье, руку, переводит взгляд на Вику: — Dirty slut! Get the fuck out of here! — бьёт наотмашь по губам, запихивает Вике в рот жидкие ошмётки. Манка густой слизью сползает по носу и губам, когда Вика пристыженно выбегает за дверь. Эрегированный член, абсолютно твёрдый, настоящий, болтается между ног, как палка. 25 Любовь двулика: разрушительная сила имеет созидательное начало. Вернувшись к бару, Вика погрузилась в воспоминания. Она продолжила на автомате обслуживать клиентов, отдаваясь им за комплимент, по требованию агрессивно работала бёдрами, не замечая хмурых улыбок на затраханных лицах шлюх, но внутри неё разгорался огонь любви, утерянный, вновь обретённый благодаря неожиданному известию. — С тобой всё в порядке? — спросила девушка, стоявшая за барной стойкой. Неодобрительно поджав губки, она медленно наполняла высокий фужер молочным коктейлем. — Да, — куколка, не моргая, смотрела в чёрные янтари подруги. Она успела сдружиться с Ребеккой — юной транссексуалкой, специально выписанной из Аргентины для украшения заведения. Горячая южноамериканская штучка носила неприкосновенный статус невинницы. «Трахать её табу, она — мешать напитки», — сразу обозначила правила игры Петра. Покачивая огромным задом, Ребекка даже не пыталась скрыть вялый двадцатисантиметровый хобот, болтавшийся под короткой юбкой. Конус в попе с горящим рубином посередине и два стальных кольца — одно на мошонке, другое на головке члена — сверкали бликами в гладко выбритом блестящем паху, обозначенном тонкими шлейками бледной незагорелой кожи. Юбка длиной с ладонь высоко опоясывала широкие бёдра, переходящие в перетянутую корсетом талию. Огромные буфера — под стать упругим булкам попы — свободно колыхались, выдавливаемые корсетом. Чёрные сердечки, наклеенные поверх сосков, подрагивали при плавной ходьбе на силиконовых шпильках. Ребекка была лицом фирмы, ходила в широком стальном ошейнике с кольцом и шипами, блестящих бронзовых браслетах на запястьях и щиколотках. Всё указывало на её статус рабыни, неприкосновенность предмета интерьера. Молодая обладательница ангельского личика, густых пышных волос, крашеных в гранатовый цвет, служила напоминанием о том, как прекрасна природа обмана. Рубин в попе, утянутой ромбовидной сетью, сверкал так же ярко, как чёрные глаза невольницы, как её пухлые широкие губы. — Ты когда-нибудь любила? — спросила куколка, взбираясь на высокий стул-крутёлку. Круглая попа расплылась резиновым мячиком по гладкой поверхности седушки, чёрный рифлёный член смешно задрался под давлением стула. Ребекка снисходительно усмехнулась: — Был у меня друг, — медленно произнесла она. — Драгдилер, его убили в перестрелке, — и немного помолчав, она, будто стесняясь, добавила: — Я бы всё отдала, чтобы вернуть его. — Извини, — Вика неловко опустила глаза, чувствуя, что нечаянно задела за живое. — Да ничего. Ну, а ты, — Ребекка вновь улыбнулась краешком губ. — Ты любила когда-нибудь? ### По контракту Вика должна была работать комплиментом в Резиновом замке ещё два года. Паспорт наложницы очутился в сейфе Петры задолго до того, как куколке пришла мысль забрать его. — Даже не думай! — закинув ножки на стол, Петра оценила комплимент презрительным взглядом. — Знаешь сколько я потратила на твой гардероб? Вика виновато опускает глаза. Все костюмы из латекса делаются в индивидуальном порядке. Снимаются мерки, дизайнер на компьютере подбирает цветовую гамму. Девушки в Резиновом Замке выглядят стильно не случайно. Приходить сюда, трахать их — дорогое удовольствие. Инвестиции требуют отдачи, и шлюхи стараются вернуть каждый доллар, вложенный в них. Клиент по центу выколачивает потраченные деньги. Если не сам, то пользуясь услугами посетителей пивного бара или специально приглашённых рабов. Те работают в масках, залитые мышцами качки подрабатывают в Замке, трахают дорогих путан в латексе по указке клиента, помогают немощным старикам удовлетворить былые фантазии. Обычно рабы в Замке не занимаются куколками, но Петра, узнав о намерении комплимента разорвать контракт, решила проучить нижнюю, указать ей на законное место в пищевой трах-цепочке. Вика лежит на спине в деревянном ящике, лишь её головка и попа с задранными вверх ногами выдаются причинными местами наружу. Тонкая молочная плёнка латекса обезличила куколку, кандалы на запястьях и щиколотках обездвижили, во рту она сжимает зубами стальное кольцо, которое удерживает челюсти открытыми. Рот заклеен плотной повязкой. В Рубиновой комнате приглушенный свет мерцает вдоль стен, тихая органная музыка льётся из динамиков, которые эргономично спрятаны по углам. Петра самолично проводит инспекцию ритуала: вырядилась, как сука, в костюм из голубого латекса, расхаживает перед куколкой, покачивая искусственным членом. Свой она давно потеряла, хирурги вывернули отросток и вшили внутрь, сделали щель между ног — идеальную имитацию влагалища. Но старые привычки не вырежешь, не искоренишь, Петра на физическом уровне чувствует фантомы утренней эрекции, ищет в дилдо подтверждение мужского статуса. — Сейчас тебя будет трахать легион, долго и жёстко, сука! — зловеще шепчет Петра, склонившись над куколкой. Холодный пластик её члена скользит по лицу невольницы, приглаживает распахнутую кольцом дырку под повязкой. Петра щипками прихорашивает непослушный комплимент, шлепками проходится по гладкому бильярдному шару головы. До начала шоу остаётся полчаса, времени как раз, чтобы успокоиться и взять себя в руки, приготовиться к немыслимой экзекуции. Весь бар сорвётся с цепи, десяток рабов по указке Госпожи затрахают Вику в рот и анус. Петра выходит, и через минуту появляется Ребекка с подносом. Подруга сочувственно созерцает куколку, подходит к ней и, опустив поднос на пол, открывает повязку. — Помоги мне, — мычит комплимент. Напуганные глаза скользят по комнате, останавливаются на закованной в стальные путы мошонке Ребекки, кольцо подковой свисает прямо над лицом. — Не могу, — отчаянно шепчет невинница. — Пожалуйста, — Вика с мольбой смотрит вверх. Ребекка, помедлив, кивает, расстёгивает ремни, удерживающие руки. Куколка быстро раздвигает ящик, освобождает ноги, снимает кольцо. — Если сейчас сюда войдёт Петра, нам конец, — в ужасе шепчет Ребекка. — Возвращайся в бар, дальше я сама, — Вика ладонями разминает онемевшие челюсти. — Спасибо тебе, Ребекка, — подходит и целует красотку взасос. Та вспыхивает восторгом и убегает, счастливо повиливая задом, тут же позабыв о совершённом злодеянии. Выбраться из Резинового замка незамеченной не так-то просто. Вика лихорадочно обдумывает варианты. Можно спуститься вниз, зайти в раздевалку, быстренько переодеться и уйти через главный вход, но как только её хватятся, этому плану суждено разбиться о железную стену охранников. Что же делать? Из коридора доносятся шаги. Петра бодро цокает шпильками, быстро приближаясь к двери. — Are you ready, bitch? — весело щебечет она, входя в комнату. Сильным толчком в спину Вика обрушивается на неё и придавливает извивающееся тело подростка к ковру. Куколке понадобится две минуты, чтобы сломить сопротивление оленёнка Бэмби, придушив, заставить её открыть рот. Глотать воздух она будет через кляп-кольцо, её мычание под повязкой усугубится нелестным положением пленницы. Петра останется брыкаться в ящике. Вика снимет с неё стрэпон и наденет повязку на глаза. К приходу Мастера Sinner’а ничто не будет указывать на смену ролей в иерархии Замка. ### Викин паспорт лежал в полуоткрытом сейфе — ещё один знак в необъяснимой череде совпадений. Возвращаясь назад по коридору, куколка решит взглянуть напоследок на Петру. Та по-прежнему брыкалась, правда, уже не так активно. Её неразборчивое мычание крайне веселило Мастера. Он по старой традиции лично подводил рабов, чтобы заткнуть невольнице рот. Бирюзовая, утянутая латексом, задница Петры торчала в туалете бара. Длинная череда желающих потрахаться на халяву уже выстроилась до двери. Неоновое сияние вывески над входом возвещало начало Happy Hour. Рокеры сношали малышку в анус и искусственную щель, не задумываясь об истинном происхождении предмета искусства, как его окрестил Андреа. Петра впервые очутилась в осадном положении рабыни и до конца обнаруживала бойкость нрава. Её шпильки взлетали, стремясь уколоть берущего сзади. Она брыкалась, как оленёнок, застрявший между двух сосен. Необычная маленькая задница, расстёгнутая в ширинке костюма из латекса, попка, которая к тому же постоянно танцевала и ускользала, поджималась и отказывалась работать на благо общества, возбудила рокеров, привыкших к расслабленным безразличным шлюхам. Она долбили Петру в две дырки, раскачивали качели оргазма, не догадываясь об истинной природе девушки, не рассчитанной на длительные соития. В Гранатовой комнате кольцо во рту Петры непрестанно принимало члены рабов. Пара клиентов, оплативших шоу, довольно подрачивала колбаски, стоя сбоку. Боровы, залитые мышцами, брали Петру спереди: двумя руками обхватывали голову, обтянутую бирюзовым струящимся латексом, глубоко трахали единственную доступную дырку изнутри, не стеснялись в амплитуде движений. Это была бесконечная экзекуция, которую Петра придумала для Вики. По замыслу рабы готовят сливки без презервативов и кончают в рот, глубоко засаживая стволы в горло. Снаружи посетителям бара предлагалось воспользоваться резинкой, лубрикантом и оплатить пользование двух дырок по одной цене — пятьдесят центов. Злой гений заставил Вику занять очередь в череде рабов, расчехлиться и, доведя себя до предоргазменной дрожи, излиться в разбитый рот Госпожи. Петра к тому моменту вяло реагировала на смену члена. Приспустив повязочку с глаз Петры, Вика вцепилась в затраханный замыленный взгляд Королевы. Новая волна мычания заглохла под напором твёрдого члена, который с трудом влетел в кольцо кляпа. Петра метала искры из глаз, крутила головой, созерцая нежную розовую мошонку, полнящуюся спермой, а куколка впервые за много месяцев насладилась мужским оргазмом. ### Это была я, был я. Я кончал в горло Петре, удерживая Королеву двумя руками, я агрессивно работал бёдрами, как малышка сама учила когда-то. Я соревновался с рокерами за стеклом в скорости проникновения. В силе и яркости мужского оргазма. Я потом, спохватившись, покидал Резиновый замок с замутнённым сознанием. Я бежал из отеля, впопыхах перебирая личные вещи, непрестанно проверяя паспорт в кармане. Моим неестественным давно забытым голосом звучала просьба продать билет. Я летел в один конец, бежал из Италии, оставляя разрушенными воздушные замки чужих мечтаний, развеянные крылом самолёта. В моих новых помыслах не было места сомнению, я бежал от себя и к себе. Я бежал к единственному человеку, который когда-либо любил меня, девушке, которая ради меня легла под нож. Я бежал к Ане. 26 Осенний Минск встретил меня промозглой слякотью. С тех пор, как я покинул город грехов прошло два года — достаточно времени, чтобы потерять связь с прошлым. Я боялся звонить родителям, брату, мне казалось, им давно известно, чем я занимался в Италии. Я стыдился их. «Даже если они не знают, — думал я. — Они всё равно догадаются, если увидят меня». Я боялся даже подумать, что они скажут, когда это случится. Первые дни я жил в самой дешёвой гостинице, потом переехал в однокомнатную квартиру на окраине. У меня остались кое-какие сбережения, привезённые с собой из Италии. В моей внешности путались две грани, я стал похож на безликое существо, лишённое половых признаков. Окрашенные в блонд, длинные волосы обрамляли вечно задумчивое лицо без малейших признаков растительности. Пухлые женские губы сочетались с волевым мужским носом, нежность глаз сливалась с остротой бровей. — Молодой человек, — как-то окликнула меня работница в магазине. — Корзину возьмите, пожалуйста. Ой, извините, девушка, — она наивно хлопала ресницами, ожидая реакции с моей стороны. Её замысел провалился: я намеренно молчал. У меня не было желания удовлетворять чужое любопытство. Я вернулся за корзиной, а она растерянно провожала меня взглядом, терялась в догадках, зависнув, видимо, на весь день. Я носил бежевое двубортное пальто с пояском, которое могло сойти как за мужское, так и за женское. Обувь и джинсы ни о чём не говорили. Я часто ловил на себе любопытные взгляды как парней, так и девушек. Этот вопрос, непрестанно волновавший незнакомых людей, выдёргивал меня из размышлений, возвращал к реальности. Я носил женское нижнее бельё, но стеснялся ходить в платье и туфлях на каблуках по улице. Мой голос, который я редко обнажал прилюдно, дрожал мужскими нотками, похожими на женские простуженные всхлипы. На следующий день после прилёта я отважился позвонить Ане. — Вы ошиблись номером, — холодно сообщил мне деловой мужской голос. — У вас давно этот номер? — поспешил спросить я, но в ответ услышал лишь короткие гудки. У меня оставалось не так много зацепок. Вечером, успокоившись, я набрал номер Сандры. Она долго не поднимала трубку, наконец я услышал настороженное: — Ало? Я стоял на краю обрыва, колебался перед прыжком. Передо мной разверзлась пропасть длиною в два года. — Витя, это ты? — Сандра затаила дыхание, не было похоже, что она сердится. — Да, — я нервно сглотнул. — Здравствуй, Сандра. — Ну здравствуй, пропажа ты наша! — Сандра моментально включила сарказм. — Хорошо там тебе в Италии было? А чего вернулся, соскучился небось? — она чеканила вопросы, наслаждаясь поркой блудного сына. — Ну и как там в Италии, весело? — Ты можешь дать мне телефон Ани? — перебил я её тираду. — Ишь чего захотел, — Сандра злорадно залилась фальшивым хохотом. — Может, тебе ещё ключи от квартиры, где деньги лежат? Я молчал, переживая утрату, возможно, последней надежды. — Скажи только телефон Ани, и я больше не стану тебе звонить, — коротко отрезал я. Сандра заткнулась на секунду, потом, видимо, ощутив серьёзность намерений, исходящих от меня, решила сменить тактику: — Давай лучше встретимся. Надо поговорить. От волнения у меня закружилась голова, я боялся спросить, что такого важного Сандра хочет сообщить мне, для чего понадобилось встречаться лично. Судя по её голосу, внезапно погрустневшему во время нашего разговора, новость эта не предвещала ничего хорошего. ### Ночной клуб и прилегающая улица бурлили молодёжью. Я шёл с ноющим сердцем, в голове носились нехорошие предчувствия. Я винил себя за то, что оставил Аню в трудную минуту, сдался, когда до любви оставались считанные шаги. Аня не сдалась, даже когда я исчез. Продолжала верить, что операция — это единственный путь к счастью. Где она сейчас? Группа молодых людей, полукругом стоявшая возле входа, почтительно расступилась, пропуская меня. — Девушка, хотите прокатиться на «Бугатти»? — закинул удочку вслед самый пьяный из них, который ещё на подходе оценил мои формы циничным взглядом. — Нет, — выдохнул я, погружаясь в полумрак гудящего клуба. Я спустился один пролёт по лестнице и очутился около гардероба. Охранник — немолодой детина с ёжиком на голове — тут же взялся ухаживать за мной: принял пальто, выдал жетончик. Я шёл, расслабленно покачивая плечами. Впервые с момента возвращения из Италии я ощутил связь с окружающим миром. Знакомые мужские взгляды, жадные, провожающие, оценивали меня, лапали бесцеремонно. Мужчины видели во мне девушку модельной внешности, облизывались на блондинку, чьи пшеничные волосы рассыпались за плечами мягкими прядями. Блестящий поясок идеально повторял изгибы талии. Чёрное открытое платье-шортики с белым отложным воротником стильно сочеталось с высокими замшевыми сапогами. Глубокое декольте почти полностью разоблачало отсутствие груди, оголённые руки, слегка отведённые назад, подчёркивали женственность кошачьей походки. Я нашёл место у барной стойки и заказал мартини. От волнения кровь прилила к голове, мне казалось, я весь горю, как подросток, выставленный голышом на обозрение. Странное чувство, неведомое мне в Италии, вызвало лёгкую панику. Я боялся поднимать глаза, чтобы случайно не встретить знакомых. «Что, если меня узнают?» — думал я, прикрывая лицо рукой. Сандра появилась в клубе через пять минут, остановилась возле танцпола, скользнула взглядом по бару. Не заметив меня, раздражённо полезла в сумочку за телефоном. — Ты где? — спросила она по телефону. — Здесь, — я махнул рукой. — Где? — она искала глазами, оглядываясь по сторонам. — Возле барной стойки. Сандра, как слепой котёнок, двинулась ко мне наощупь, сканируя местность. — Да, тепло. Ещё теплее, — комментировал я её действия. Она подошла совсем вплотную. — Очень тепло. Горячо. Обжигает, — я улыбался, как дурак, когда её выпученные глаза встретились наконец с моими. — Это ты? — промямлила она, не выключая телефон. — А ты совсем не изменилась, — её зелёные изумрудные глаза, которые даже в полумраке светились холодным глянцем, вызвали во мне забытый восторг. — Ну ты даёшь, Витя, — прохрипела она и откашлялась. — Что будешь пить? — я счастливо улыбался, разглядывая почти родное забытое лицо фитнес-тренера. — Водки, пожалуй. — Узнаю Сандру! — хохотнув в нос, сказал я и заказал водки. Мы выпили, помолчали. На небольшой сцене в другом конце зала появились музыканты, начали настраивать инструменты. — Ты уже всё? — Сандра приходила в себя, осматривая меня с ног до головы. Она, конечно, имела ввиду смену пола. — Хочешь проверить? — алкоголь вызвал у меня необычный приступ веселья. Сандра впервые усмехнулась. Она была в чёрной обтягивающей водолазке с высоким горлом и таких же чёрных обтягивающих штанах, переливающихся в темноте матовым сиянием. Чёрный наряд пантеры и замшевые сапожки на шпильке прекрасно гармонировали с извечным коротким каре крашеной блондинки. Стильная асимметричная причёска Сандры напомнила мне о нашей первой встрече у Ани. — Ты знаешь, где сейчас Аня? — набравшись смелости, спросил я, когда мы закончили смеяться. — Где-то в Москве. Она ждала тебя, Витя. Всё надеялась, что ты вернёшься и вы поженитесь. Рассталась ради этого с Родионом. Сделала операцию, а потом просто взяла и уехала в Москву, никому не сказав. Я случайно узнала от её родителей. Я смотрел перед собой погрустневшим взглядом, неожиданно весь фарс происходящего проник в душу, прищемил сердце. — Но как-то же можно её найти? — тихо спросил я. — Не думаю, что это хорошая идея. — Почему? — В последнее время она часто говорила о тебе. Жаловалась, что ты разбил ей сердце. А потом сказала, что лучше бы ей вообще никогда с тобой не встречаться, — Сандра смотрела на меня в упор, и знакомый огонёк укора, зеленоватый, светился в её непокорном остром взгляде. — Вот вы где! — неожиданно раздался знакомый голос за спиной. Я обернулся. — Мириам! — вырвалось у меня. — Витя, что за маскарад! — жгучая шоколадка в белых шортах и розовом открытом топике, качая головой, дула губки. Она выглядела так же великолепно, как два года назад. В её чёрных глазах озорные огоньки выдавали плутовские намерения. Неожиданно она наклонилась и поцеловала меня взасос со всей нежностью, на которую способна большая кошка. — А целуешься как прежде, — оторвавшись, сказала она. — Кажется, он всё перепутал! — обратилась она к Сандре. Энергично взмахнув рукой, Мириам поправила длинные, разлитые по плечам, волосы цвета вороного крыла. — Возьмём его с собой? — продолжила она, заигрывая глазками с захмелевшей Сандрой. — Конечно, — та хмуро улыбнулась в ответ. ### Мириам снимала ту же квартиру-студию на последнем этаже элитной многоэтажки. Такси доставило нас под самый подъезд, и три девушки навеселе, какими мы могли показаться со стороны, дружно покинули просторный салон старой «Волги», поднялись по лестнице крыльца. — Ты так внезапно уехал, — проворковала Мириам почти в ухо, когда мы в обнимку подошли к лифту. — Родион — мерзавец! Подставил тебя. Мы с Аней долго искали, куда ты пропал. Почему ты не отвечал на наши имейлы? — Я не получал ничего. Она недоверчиво уставилась на меня: — Теперь всё понятно. Я давно подозревала, что он читает мою почту. Скотина! — Мириам красочно топнула ножкой, поджав губки. Мы вошли в приехавший лифт. — А ты получала моё сообщение? — я думал о подлости, на которую способен человек. Известие Мириам вызвало во мне временное помешательство. — Я просил прощения, если помнишь. — Прощения? — Мириам полезла в сумочку, выискивая телефон. — Вот, до сих пор храню. Это последний имейл от тебя: «Дорогая Мириам! — начала читать она вслух, чеканя слова певучим акцентом. — Я уезжаю далеко и надолго. Мне было хорошо с тобой, но я решил найти нормальную девушку и завести семью. Пожалуйста, не звони мне больше и не пиши. Всё кончено. Я хочу порвать с прошлым. Витя». — Я такого не писал, — отозвался я, переживая шок. — «Нормальную девушку». Что значит «нормальную»? — Теперь я знаю, кто это написал, — Мириам гневно сверкнула чёрными как смоль очами. — Я всегда любил тебя, Мириам. И Аню тоже. И Сандра — очень хороший человек. Сандра, открывавшая в этот момент дверь своим ключом, фыркнула. — Я знаю, Витя. Это всё он виноват. Он всё подстроил, — Мириам сжала кулачки. — Ну я ему покажу! Он у меня попляшет! Козёл! Мы зашли внутрь. Тёплый жёлтый свет настенных светильников озарил просторную прихожую, плавно перетекавшую в зал-студию. Толстое ковровое покрытие, бежевое, устремлялось по комнатам разводами теней, оборачивало современный интерьер квартиры в домашний уют. Не смотря на близкое знакомство с Мириам, я никогда раньше не бывал у неё в гостях. Случайная встреча с Родни пугала меня увольнением и местью. Теперь всё было иначе. «Если он появится, я даже глазом не моргну», — думал я. — Сандра, сделай нам, пожалуйста, выпить, — попросила Мириам, следуя за мной в глубь зала. — Чего изволите? — с сарказмом откликнулась та откуда-то слева, где, судя по всему, находилась кухня. — Твой любимый коктейль. — Мой любимый коктейль? — Сандра высунула голову из арки и вылупилась на нас в недоумении. — Да, твой любимый. Два бокала — мне и Вите. А себе красного вина, — Мириам устало откинулась на диване. — Слушаюсь, моя госпожа, — нараспев ответила Сандра, продолжая пялиться на нас странным взглядом. Мириам нашла пульт и включила музыкальный канал. — Вы всё ещё играете в подчинение? — я с любопытством посматривал на Сандру, мелькавшую на кухне. — Она играет. Я живу. — Лучше и не скажешь, — я усмехнулся. — Хорошо, что ты вернулся, — Мириам взглянула на меня. На её лице светилась знакомая хитрая улыбка. — Мне нужен бизнес-партнёр. Согласен? — С тобой, Мириам, я на всё согласен, — в душе я радовался, как ребёнок. Перспективы работы с Мириам кружили голову. Только я и Мириам, и ещё Сандра. И Аня. Я обязательно найду её. Мы будем вместе, думал я. Я больше никогда не покину её. — А ты классно выглядишь! — Мириам, сидевшая всё это время в метре от меня, подсела вплотную и приблизилась для поцелуя. — Тебе нравится? — мне казалось, что жар возбуждения спускается от головы вниз по позвоночнику, растекается свинцовой тяжестью по телу. — Да, девушки мне нравятся, особенно сумасшедшие, — журчащий голос Мириам, её нежные губы, которые она вдруг облизнула, сверкающие антрациты зрачков вырвали меня из реальности, окончательно погрузили в безумную пляску флирта. — Я могу быть парнем, если захочешь, — прошептал я. Мой взгляд поплыл, дыхание замедлилось. Мириам почти касалась моих губ. Мы говорили рот в рот, ощущали горячее дыхание друг друга, бесконечно долго выдерживали дистанцию в два сантиметра. — Ваши напитки, мадам, — прервала нашу идиллию Сандра. — Переоденься, — не отрывая от меня взгляда, бросила Мириам. — Во что? — А ты как думаешь? — Да, моя госпожа, — Сандра, за два года знакомства с Мириам выдрессированная до беспрекословного повиновения, удалилась в спальню. Мы тем временем приступили к дегустации необычного густого напитка, похожего по вкусу и цвету на сгущённое молоко. Два больших бокала, наполненные до краёв, стояли, украшенные зонтиками, на журнальном столике. — До дна, — объявила Мириам, наблюдая за моей реакцией. — Этот напиток поможет тебе расслабиться. Там был алкоголь и ещё что-то. Что заставило мой член встать колом. Такие же метаморфозы произошли и в белых шортах Мириам: паховая область взбугрилась, ширинка вывернулась наружу. Большой кошке стало тесно, и она расстегнула верхнюю пуговку. Через полчаса поцелуев, поглаживаний мы были во всеоружии — две взведённые девушки с рвущимися залитыми сталью членами. Когда перед нами грациозной походкой прошествовала Сандра в белом нижнем белье, на шпильках, с поводком в одной руке, прицепленная за ошейник, мы не стали сдерживаться: накинулись на неё, как две львицы на лань, повалили животом на диван и тут же приступили к трапезе. Сандра, знавшая о действии коктейля, пришла к нам подготовленная. Её упругая детская вагина текла возбуждением, твёрдая, как орех, попа играла рубином. Пальцами и языком я изучал структуру промежности мисс фитнес. Мириам тем временем ухватила жертву за поводок, притянула к себе и с силой вогнала член глубоко в глотку. — Сандра была плохой девочкой? — дразнила она покорную рабыню, заставляя её давиться. — Угу, — мычала та. Мой язык скользнул по горячей щёлке, спустился к клитору, раздвигая внутренние губки влагалища. Двойная атака вызвала сдавленный стон удовольствия у Сандры. — Сандра заслужила наказание? — заигрывала Мириам, покачивая бёдрами. Сандра вырвалась на секунду, чтобы выдохнуть из себя: — Да, — и тут же вернулась на член. — Накажи её, — приказала Мириам, обращаясь теперь уже ко мне. Она стояла в том же розовой открытом топике и чёрных сдвинутых набок стрингах. Белые шортики валялись на полу, откинутые ножкой в сторону. — Да, моя госпожа, — я улыбался, соглашаясь играть по правилам. Оторвавшись от горячего влагалища, не отрывая взгляда от спортивных форм Сандры, я встал с дивана. Платье, словно шелуха кукурузы, опало к моим ногам, и я остался в белых ажурных стрингах, натянутых спереди на вздыбленный член. Сдвинув тонкую ткань трусиков, я одним махом вошёл в расплавленное влагалище Сандры. Та выгнула спину, как кошка, глубже насаживаясь на меня, заскользила вперёд-назад между нашими членами. Коктейль, приготовленный Сандрой, странным образом воздействовал на эрекцию и чувствительность. Казалось, я не чувствовал проникновения, только стальной поршень, впаянный в паху, скользит в горячих недрах Сандры. Она была тугая и нежная одновременно, яркий рубин анальной пробки игриво реагировал на вдавливание пальцем. Ухватившись за попу-орех, я мягко работал бёдрами, предчувствуя не скорое завершение акта. Сандра под нами, судя по стонам, приближалась к первому пику. Внезапно Мириам, лишив свою рабыню возможности сосать любимый член, встала на диван и нашла мой рот. Её каменный, обтянутый венками, член с вывернутой сердечком головкой, толстым семенным каналом легко вошёл в мой полуоткрытый от удивления рот. И я принял Мириам, одновременно трахая Сандру. Свободной рукой я массировал пухлые розовые яйца шоколадки, которая, похоже, не собиралась останавливаться на достигнутом. Соскочив с дивана, она зашла сзади. Внезапно я ощутил её кол, мягкой головкой приставленный к анусу. — Расслабься, девочка моя, — проворковала Мириам, сопровождая слова лёгкими шлепками по попе. Я расслабился, и она забрала меня так же легко, как когда-то я вошёл в неё впервые. Я вздохнул, ощутив огромный член, распирающий изнутри. Он скользил так же легко, как я скользил в Сандре, был таким же твёрдым, как мой член, который под воздействием коктейля оставался каменным. Мириам трахала меня нежными шлепками, ухватившись паровозиком. Её груди прижимались к спине, соски тёрлись об кожу. Я забыл про Сандру, окончательно улетел, поддавшись влиянию большой кошки. Она работала мягко, ритмично, не давая мне покоя. Выгнув шею, я плавился с Мириам в поцелуе. Она слегка нагнулась и руками ухватились за бёдра Сандры, притягивая их, натягивая и меня, и Сандру на свой член, который теперь волнами посылал импульсы вперёд. Я инстинктивно повторял движения, стал продолжением Мириам. Не я трахал Сандру, а Мириам руководила нами обеими. Она командовала, когда нам кончать, решала, когда я лишусь чувств, сольюсь с ней в её оргазме, почувствую, как замрёт и взорвётся её член, прокачивая струйки семени, как это вызовет цепную реакцию, и я, обсасывая анусом вымя Мириам, взорвусь в свою очередь, затрахивая кончающую подо мной Сандру, кончая в неё своим семенем, но не потому, что я так решил, а потому что Мириам затрахала нас обеих. Она сношала нас по инерции, потому что мы обе — я и Мириам — оставались каменными. Она указывала путь, требовала, чтобы Сандру орошали без презерватива. Она целовала меня как девушку, ласкала как девушку, шлёпала по попе, расслабленной, заполненной её горячим семенем. Мы повалились в объятия друг друга и ещё долго приходили в себя после невероятного совместного оргазма. Сандра довольно мурлыкала, облизывая наши члены, которые ни в какую не хотели опадать. Мириам шептала слова любви на птичьем языке, затем положила меня на живот и заставила Сандру вылизывать анус, из которого тонкими струйками вытекало молочное семя шоколадки. Сама Мириам играла пальчиком с моей дырочкой, провоцируя меня на новые излияния. 27 Ночью мы переместились в спальню и продолжили исследовать границы дозволенного. Только на рассвете, утомлённые бесконечными прелюдиями, мы сдались на милость Морфея. Наши переплетённые тела ласкали друг друга даже во сне. Временами я просыпался, чтобы с удивлением обнаружить голову Сандры внизу, приникшую к члену. Мириам опять проникала в меня сзади, предварительно смазав дырочку малиновым лубрикантом. Сандра, ощутив свободу выбора, запрыгивала на Мириам спиной, опускалась анусом на её член. Я вновь облизывал детские сосочки мисс-фитнес, которая, насаженная на вертел, скакала, как ненормальная. Мой член туго влетал в горячую писечку, та не успевала остывать между соитиями. Зелёные изумруды Сандры, застывшие на искажённом похотью лице, сверкали в немом подчинении. Волшебство этих глаз заставляло меня сильнее работать бёдрами, прибивать Сандру к хозяйке, которая одновременно долбила рабыню снизу. Сандра кончала плаксиво, как и прежде. Взрывалась поцелуями и девичьими всхлипами. Затем укладывала нас вольтами, чтобы члены соприкасались. Она засовывала сразу два себе в рот, обласкивала нас, натирая стволы до оргазма. Мы кончали, взявшись за руки, — я и Мириам. Я чувствовал сжатие её ладони. Она словно говорила: «Я — вот-вот. А ты?» «Я тоже», — отвечал я, придавливая большим пальцем ладонь Мириам. Так мы сливались в одном оргазме, в две струйки орошали ласковый рот Сандры. Она рычала в этот момент, жадно вытягивая из нас соки, вылизывая члены до основания. ### Мы проснулись только к полудню. За окном гудели машины, серый свет проникал сквозь плотно занавешенное окно. Сандра первая ускользнула из тёплого гнёздышка, сославшись на работу. Мириам последовала её примеру, предоставив квартиру полностью в моё распоряжение. — Я позвоню тебе, — сказала она перед уходом. — Мне надо уехать на пару дней, но ты жди моего звонка. Больше не исчезай! Я кивнул, не подозревая, какую сложную аферу она замыслила. Вечером я вернулся на съёмную квартиру и превратился в ожидание. В интернете я начал подыскивать сыскное агентство в Москве. Найти человека в большом городе не так-то просто, особенно учитывая, что объект поиска сменил пол и, возможно, фамилию. В ожидании звонка Мириам прошло два дня. Вечером на второй день мне всё же позвонили, но не на телефон, а в дверь. Никто из знакомых не знал, где я живу, поэтому я, не задумываясь, открыл, подумав, что ошиблись дверью. — Ещё здесь? — на пороге стоял Родни — располневший, заросший, в чёрном пальто, чёрных брюках со стрелками, интеллигентных очочках. Он сверлил меня хориными глазками из-под стёклышек, взгляд садиста не предвещал ничего хорошего. — Дай пройти, — Родни толкнул дверь, вырвал мою руку из дверного проёма и закатился в квартиру. Не снимая ботинок, прошёлся по комнате, заглянул на балкон. Обернулся. — Где она? — буркнул он. — Кто? — я принял враждебную позу, скрестив руки на груди, выставив правую ногу вперёд. — Слушай, ты мне зубы не заговаривай! — зашипел он, грозно приближаясь. — Думаешь, девкой стал, так теперь тебя никто не тронет? — Что тебе надо, Родни? — я попытался улыбнуться, чтобы смягчить удар. Опустил руки. — Где Мириам? Я молчал, оторопев на мгновение, скрывая восторг. Глаза сами испуганно хлопали ресницами, следуя за боровом, который впадая в ярость, опасно разгуливал по комнате. — Я не знаю. — Врёшь. — Я с ней даже не встречался. — Ты трахался с ней и Сандрой два дня назад! — заорал Родни мне в лицо. Его слюна невидимыми капельками брызнула по щекам. Я принял решительный вид: — Тогда ты должен знать, что я понятия не имею, где Мириам. — Ах ты сука! — он схватил меня за горло и потащил к кровати. Силы в нём было на двести спецназовцев. Я сражался с мельницей, которая молола жерновами. Он повалил меня на живот, задрал юбку, сорвал трусики, как будто и не было тонких шлеек на бёдрах. В следующий момент твёрдое полено, приставленное к звёздочке ануса, боднуло меня. Я отчаянно сжал ягодицы, но перекаченный стероидами Родни, ухватившись клешнёй за горло, душил меня, не давая вдохнуть. И тогда я сдался, пустив его внутрь. Он вогнал в меня залитый свинцом член, раздирая попу на части, прибивая меня массивным рогом к кровати. — Где Мириам? — пыхтел он в ухо, дёргаясь надо мной. Я молчал, сражаясь с желанием расплакаться. Боль в попе острым жжением расходилась по телу, с каждым проникновением становилась всё ярче. Родни нещадно вдирался в плоть, влетая по самые яйца. Казалось, этому действию не будет конца — бык вошёл во вкус. — Не скажешь? — шипел он, хватая меня за бёдра. — Молчишь? — казалось, он решил использовать насилие в качестве пытки. — Я правда не знаю, — бормотал я, давясь слезами в подушку. Его рог застыл, вгрызаясь изогнутым основанием в копчик, задёргался, лихорадочно впрыскивая семя. Родни издал дикий рёв и обрушился на меня круглым твёрдым пузом, примяв под собой, как кильку. — Если узнаю, что ты заодно, клянусь, я найду тебя и порву, как грелку, — тяжело дыша, прохрипел он в самое ухо. Затем встал и, заправляя поникший член в трусы, наблюдал за моим барахтаньем на кровати. Я крепился, чтобы не расплакаться, подскочил и засеменил в ванную, сжимая ягодицы. — Правильно, сходи подмойся, шлюшка, — хохотнул он вслед. Его самодовольную улыбку я ощущал спиной. — Задницу потри хорошенько. ### Он ушёл, хлопнув дверью, а я наконец разревелся под душем. Я намыливал мочалку, оттирался от грязи. Мне хотелось убить Родни. Его густое семя, смешанное с кровью, сочилось из ануса, капельки его слюны, казалось, всё ещё щекочут лицо. Я нашёл масляную свечку и вставил в анус, чтобы смягчить боль. Перед глазами опять замелькали свирепые глаза Родни: жадные до наживы, хищные. Его хер вгрызался в попу, разрывал на части. «Где Мириам?» — вновь индюком шипел он в ухо. «Неужели она сбежала?» — ликовал я, лёжа на животе, анусом разжёвывая свечку. Боль стихла, уступив место душевному расстройству. Неожиданно пришла смс-ка с незнакомого номера: «Купи новый телефон 8029-ххх-ххх». Я встрепенулся. Сообщение несомненно было от Мириам, потому что мы обсуждали возможную замену телефонов. Быстро оделся и выскочил из дома. От волнения дыхание спёрло, руки задрожали. Я семенил, оглядываясь, казалось, Родни вот-вот выскочит из-за угла, накинется, и тогда мне точно конец. Родни всю жизнь тренировался как раз для таких моментов. Он задушит меня прямо в подъезде, думал я. Забежав в ближайший салон сотовой связи, я купил дешёвый Nokia плюс временную симку. — Алло? — дрожащим голосом спросил я, когда все меры предосторожности были соблюдены. Я стоял под навесом чужого подъезда, от страха вытаращив глаза, готовый сорваться в любой момент, чтобы бежать сломя голову, пока хватит сил. Промозглый ветер задувал моросящий дождь в моё перекошенное страхом лицо. Вид у меня был потрёпанный, как у мокрой курицы. — Привет, — загадочно отозвалась Мириам на том конце провода. — Ты один? — Да. Ты где? — тоже шёпотом спросил я, боясь прослушки. — В Москве. Я забрала всю технику, буду теперь на себя работать. Поможешь мне? По голосу Мириам, по тому, как она отрывисто говорила и дышала в трубку я догадался, что она сильно волнуется. Не меньше моего. — Ты боишься? — робко спросил я. — Да, — вымолвила она, обнажая душу. Иногда она храбрилась, но только не сейчас. — Я тоже, -мне было нереально страшно. Казалось, лёгкий озноб пробил по спине, скатился по ногам и рукам. — Он приходил ко мне, искал тебя, — я судорожно сжал кулак в кармане, вспоминая тиски на шее. — Ты правильно поступила. — Ты поможешь мне? — повторила она в этот раз с мольбой. Тягаться с Родни — безумная затея. Если бы не изнасилование, вряд ли я согласился бы. Одного знакомства с методами бизнес-злодея хватило за глаза, чтобы понять, что он за животное. Но отчаяние, ненависть и желание отомстить за Аню, Мириам, за себя, наконец, возобладали в тот момент, перевесили страх: — Да. Скажи только, что делать. ### Москва — большой город, затеряться в нём так же легко, как иголке в стогу сена. На это Мириам и рассчитывала, когда выбирала город. Кроме того, она много лет жила в Москве, когда только прилетела на учёбу из Колумбии. У неё остались кое-какие связи. Она назначила встречу возле заброшенной станции метро, убедилась, что за мной не следят и только тогда подошла, завёрнутая в шарф, взяла под руку. — Вот мы и встретились! — она напряжённо улыбнулась глазами, пытаясь скрыть волнение. — Идём скорее, здесь недалеко. Радости её не было предела. Я тоже переживал невероятный подъём энергии. Мириам арендовала трёхкомнатную квартиру в спальном районе. Студию разместила в самой светлой комнате, маленькая комната по традиции стала операторской. Всё как на старой квартире, если не считать того факта, что третья комната с балконом стала спальней для нас троих: меня, Сандры и Мириам. — Поживём пока так, — настраивала нас Мириам во время чаепития на кухне. — Будем вести трансляцию с нового эккаунта. Если всё пойдёт хорошо, скоро мы все заработаем много денег и тогда можно залечь на дно. И пускай тогда Родни локти грызёт! Сандра фыркнула, я тоже улыбнулся. Всё это время я скромно попивал чаёк, не встревая в разговор. — Где ты этих слов нахваталась? — Сандра потрепала Мириам по щеке. — А что я не так сказала? — Мириам невинно хлопала ресницами. Затем обернулась ко мне: — Витя, скажи, как правильно. Ты же языки учил. Я рассмеялся, разглядывая чаинки в чашке, перемалывая варианты, прежде, чем выдать: — Пускай Родни идёт в жопу! Сандра с Мириам взорвались хохотом. Похоже, ситуация с побегом и воровством техники их крайне напрягала. Им нужна была хоть какая разрядка. — Правильно, — подхватила Мириам, отдышавшись. — Только не в жопу, а на хуй. Пускай Родни идёт на хуй! Мы опять засмеялись, но уже не так бодро. Переглядываясь с Сандрой, мы несомненно понимали, что Мириам лучше нашего знает разницу в предпочтениях Родни. Впрочем, Сандра весь вечер недовольно поджимала губки. Из её коротких высказываний я быстро смекнул, что она согласилась на авантюру не ради денег, а потому что любила Мириам. Я же, кроме мести и денег, в тайне надеялся найти Аню, которая жила в Москве и, казалось, оставалась ещё более недосягаемой, чем когда-либо. «Она здесь, где-то рядом!» — вечерами думал я, гуляя по Москве. Обращение в сыскное агентство не принесло результатов. Аня исчезла, и виною всему была моя нерешительность. Я часто размышлял об этом. Если бы я настоял тогда, перед отъездом в Италию, на встрече, если бы не поддался на шантаж, то ничего этого, возможно, не было бы. Мы бы жили сейчас счастливо где-нибудь в Европе, думал я, только я и Аня. Дарили бы друг другу любовь. Но всему этому не суждено было сбыться. Мы оставались разделёнными огромным расстоянием последнего шага. Иногда я представлял, что Аня снимает квартиру в соседнем доме или даже подъезде, и тогда я выходил гулять по улицам, осознанно или нет, выискивая её в каждой незнакомой девушке. ### Как только денежный счёт пополнился первыми отчислениями с сайта веб-представлений, дела наши пошли в гору. Я на ура провёл первое и последующие шоу, модерируя оргазм Мириам, который даже спустя два года не потерял в зрелищности. Пышная шоколадка бурно кончила под завывания публики. Она впервые выплеснула семя, стоимость которого приравнивалась теперь к стоимости золота. Мириам кончала золотом — эта мысль не укладывалась в голове. Когда я впервые озвучил её, мы долго смеялись. — Моё золотце, — принялась дразнить Сандра, поглаживая Мириам под платьем. Та отвечала ей нежными поцелуями. В нашей идиллии не было места ревности, конкуренции, тщеславию. Сандра начала проявлять такой же интерес ко мне, который до этого проявляла к Ане и Мириам. Иногда я с удивлением обнаруживал загадочный взгляд изумрудных глаз, обращённый на меня. Сандра изучала мою природу, прежде чем отважиться на новые игры. В следующий раз она забралась верхом на меня — я лежал на животе, читая книгу, — и, закинув юбку, принялась пальцев прощупывать дырочку под тонкой шлейкой стрингов. — Такая нежная! — пришла она в восторг, ощутив вибрацию сфинктера под средним пальцем. — Да, — игриво отозвался я, польщённый комплиментом. Отложив книгу, я открылся навстречу, поддался пальчику, который бережно наносил холодную смазку по краям, проталкивая её частично внутрь. Мой анус радостно захлюпал, гоняя желатин вверх-вниз. Холодная основа лубриканта моментально стала горячей. Возбуждённая, Сандра достала двусторонний стрэпон из прикроватной тумбочки. Этот агрегат имел небольшое ответвление для одновременной стимуляции влагалища. Оседлав меня, Сандра вновь принялась гладить ягодицы, тыкая головкой стрэпона в розочку ануса. — Мириам, — негромко позвала она шоколадку, которая разговаривала по телефону на кухне. — Иди посмотри. Та прибежала через минуту и сразу включилась в игру: — Какая красивая девочка! — воскликнула она театрально. — Почему ты раньше молчала? Мириам зашла спереди, села на кровать передо мной. Наклонилась, чтобы поцеловать. Она смотрела мне в глаза, словно говорила: «Вот так, моя хорошая. Доставь нашей Сандре удовольствие. Она ведь этого заслужила!» И гладила при этом по волосам и спине. Затем она сама расстегнула пуговку, ширинку и, скинув джинсы, предстала перед нами во всей красе: торчащий колом член даже после трёхдневного воздержания выглядел ошеломляюще. Я принялся обсасывать его, облизывать кругами, втягивая яички по одному в рот, избегая активных фрикций. «Мириам нельзя кончать, — думал я. — Нельзя мастурбировать. Можно только возбуждаться и немного участвовать. Соучаствовать…» Что она и делала со всей наглостью большой кошки. Скинув с себя всю одежду, Мириам забралась под меня и полностью втянула мои гениталии в рот. Я был расслаблен, выбрит, о твёрдой эрекции не могло быть и речи. Пухлые губы шоколадки мягким кольцом сомкнулись вокруг яичек и члена. Сандра тем временем трахала меня, сражаясь с собственными демонами, которые призывали её двигаться быстрее. Почувствовав зачатки возбуждения во рту, Мириам решила выдоить меня без остатка. Я держал её огромный член с вздутой сердечком головкой, перетянутый эрекционным кольцом, словно спаянный из трёх стальных штырей, и мне нельзя было его сосать — только целовать. Только втягивать розовую мошонку, по одному выискивая большие орехи, хранящие золотые сливки. Я мог только покрывать золотоносный пах Мириам десятками мелких поцелуев, выражать любовь, вряд ли сравнимую с тем удовольствием, которое девушки доставляли мне внизу. Мириам и Сандра решили затрахать меня в одностороннем порядке, каждая по-своему доводя смысл недосказанного. Сандра уже не дёргалась по-мужски, как прежде, а только насаживалась на стрэпон, торчащий в анусе. Окончательно загнав себя, она подвела к обрыву и меня. Хотя, может быть, это сделала Мириам. Но со своей стороны я чувствовал лишь активные действия Сандры, которые вдруг вызвали непроизвольное семяизвержение. Мой анус задёргался, обсасывая стрэпон, ритмично сжался несколько раз, как женское влагалище реагируя на агрессивные проникновения. Вялый член во рту Мириам на секунду налился твёрдостью, на мгновение перехватил инициативу, острые струйки спермы ускорились в хлюпающее горло шоколадки, и я тут же провалился обратно в анальный оргазм, который Сандра навязывала активной ролью. 28 Зима вступила в права хозяйки. Ударил жуткий мороз, и на следующее утро белая пелена накрыла город. Сандра вернулась в Минск на пару дней, Мириам отдыхала после очередного джекпота, я же готовился к новогоднему розыгрышу. По плану золотая лихорадка, вызванная двухмесячным воздержанием, должна была привести к фееричному выбросу стоимостью в миллион долларов. И это только выигрыш победителя, примерно такую же сумму получит Мириам. Я свои двадцать процентов. Всё складывалось как нельзя лучше. Я даже засомневался, что деньги на счету в банке реальные. До сих пор все наши расходы ограничивались самым необходимым, месяц без Родни стал настоящим прорывом в финансовом положении членов команды. Это чувствовали все: Мириам, я, особенно Сандра, которая подсуетилась, организуя безопасную схему для отмывания денег. И тем не менее мы скрывались и боялись выходить из дому. Что уж и говорить, все наши заработанные деньги оставались на счету до лучших времён. — Ещё немного! — успокаивала Мириам. — Чуть-чуть! Заработаем на пенсию и сразу на покой. Правда, Витя? — она искала поддержки, скрывала неуверенность под формальными улыбками, хотя боялась до чёртиков. Впрочем, я не спешил, медленно, но верно мы катились к логическому завершению карьеры в порно-бизнесе. Одна только мысль не давала мне спать: «Где сейчас Аня?» Я не догадывался, что Сандра тоже занималась поисками Ани. Её внимательные взгляды, вопросы часто наводили на мысль, что ей небезразлична наша с Аней судьба. И однажды мисс-фитнес прислала сообщение: «Посмотри-ка!» Я перешёл по ссылке и очутился на сайте «Индивидуалки Москвы». Девушка, о которой шла речь, стояла, опёршись рукой на стол, слегка опустив голову набок, и, не смотря на обилие макияжа и фотошопа, была очень похожа на Аню. В лице дорогой путаны угадывались восточные черты. Глаза, губы, нос и уж тем более волосы были как у Ани. Женственные формы тоже вполне могли сойти за Анины. И всё же я усомнился. У девушки были натуральные упругие груди, слегка приподнятые бюстгальтером. Шёлковые трусики тёмно-синего бархатного перелива гладко обтягивали лобок. Проститутка стояла на фоне серебристой студийной стены, явно в тон нижнему белью, позировала, скрывая глаза. Изгиб бедра подчёркивал талию, левая рука, поднятая в локте, удерживала растрёпанные волосы, продолжала изгиб, начатый внизу. Тёмные чулки, пристёгнутые тонкими подвязками, блестели глянцевым лоском. Ажурный чулочный пояс высоко сидел на талии. «Анабель» — так она себя называла — предлагала классику, орал, анал, золотой дождь, лёгкую доминацию, стрэпон, групповой секс. «Позвони мне сейчас!» — просила девушка под стандартным посланием. Её расценки были чуть выше среднего, номер телефона значился большими цифрами по центру. Я набрал его. — Да, слушаю вас, — незнакомый женский голос, слегка охрипший и деловой, отозвался на том конце. — Я бы хотел встретиться с Анабель, — выдохнул я испуганным голосом. — Цена вас устраивает? У нас предоплата. — Да, всё устраивает. — В шесть часов удобно вам будет? — где-то за её спиной послышались женские голоса, смех. — Да. Диспетчер назвала адрес и бросила трубку. ### Большая элитная квартира располагалась на Арбате, камера наблюдения в подъезде, домофон встретили меня неприступной стеной. — Я к Анабель, — пискнул я. Меня пустили, и я поднялся на лифте на последний десятый этаж, где была всего одна дверь. Я вновь позвонил. Женский вид посетителя — не то парня, не то девушки — явно не внушал доверия, глазок потемнел и замер в сомнении. За дверью долго думали, пускать меня или нет. Наконец электронный замок звякнул, и тяжёлая металлическая дверь медленно отворилась. Мама-сутенёр встретила меня критичным оценивающим взглядом. Это была она, та самая женщина, которая говорила со мной по телефону, — баба за пятьдесят с опухшим кругловатым лицом, крючковатым носом, властными узкими губами. Мелко вьющиеся волосы, крашенные в блонд, были собраны на затылке, сползали бурыми корнями на лоб, притянутые вместо чепчика очками на голове. Баба молодилась. На ней был чёрный балахон до колен с разрезами на руках. Глубокое декольте овалом открывало плоскую грудь. Отвисшие буфера висели где-то в районе живота. Завершала картину безвкусная золотая цепь. — Давайте я вам сразу правила объясню, — включилась мама. — Вы платите за два часа, куда входит только классический массаж. Можете договориться с девушкой о других процедурах, но это на ваше усмотрение. Давайте тогда сразу рассчитаемся, — жадный блеск в её глазах странным образом напомнил мне повадки Родни. Я достал кошелёк. — Меня интересует только Анабель, — предупредил я, отсчитывая купюры. — Да, конечно. Присаживайтесь, сейчас она освободится. Может, пока хотите других девушек посмотреть? — баба облизнулась, щупая деньги, стесняясь проверять их на свет. — Нет, не хочу. — Сейчас тогда я попрошу кого-нибудь принести вам чаю, — и баба ускакала с деньгами на кухню, где, судя по голосам, находилась вся честная компания. Я уселся на диван, обтянутый красным дерматином. В просторной прихожей жёлтое освещение создавало атмосферу уюта, огромная репродукция с психоделическим сюжетом висела напротив, настраивая посетителей на сумбур в голове. В домофон позвонили, и мамка, шаркая тапками, выскочила с кухни. Через минуту она открывала дверь клиенту, судя по всему, постоянному. Это был пузатый сорокалетний мужик с оплывшим красным лицом, носом-картошкой, плешью и одышкой. Он вполне мог сойти за строителя или дальнобойщика. Выцветший свитер, потёртые брюки и мятые чёрные туфли неприятно ударили в нос городскими запахами. И тут же тяжёлые часы на волосатом запястье и кольцо с перстнем намеренно мелькнули перед моими глазами, указав на обманчивость первых суждений. — Здрасьте, — мужик плюхнулся на диван, выкатив пузо и бесцветные глаза. Он был похож на злого колобка — резкого круглолицего царька, который всегда скалится, замышляя плохое. Он скалился. Я легонько кивнул ему, чтобы не обидеть, и инстинктивно вжался в диван. — Зови всех, кто есть, — устало сказал колобок мамаше, и та, получив деньги, исчезла за поворотом, ведущим на кухню. Оттуда послышались недовольные голоса, дверь распахнулась, и девочки одна за одной нарисовались в проёме перед нами. Они выстроились вдоль стены, хмуро улыбаясь и тихо переговариваясь. Одна поставила поднос с чаем на журнальный столик и присоединилась к подругам. Они стояли полураздетые, как на подиуме, выставив одну ногу вперёд, нетерпеливо переминаясь. Мужик, облизываясь, рассматривал наряды девушек, вставляя циничные замечания: — Лизонька, совсем сегодня неважно выглядишь. Ты не заболела, зайка? Уж больно усталый у тебя видок. А где наша Наташа? Нет её? Лариска тут как тут. Вот где секс-машина, а? Уже на пенсию пора, а она всё молотит и молотит. Кого ж мне выбрать-то, а? — он деловито прищурился, отпивая чаёк. Неожиданно он перевёл похотливые свиные глазки на меня, и я буквально почувствовал его лапающий взгляд. — А это что за тёлка? — спросил он. — Новенькая? — он повернулся к мамаше. — За сколько отдашь? Проститутки прыснули со смеху. Мамаша тоже слов не находила, прикрывая рот ладонью. — Это клиент, — сказала она, немного успокоившись. — Извините, — добавила она, обращаясь ко мне. Колобок перевёл изумлённый взгляд на меня. Выпученные глаза вызвали очередной взрыв хохота. Теперь я понимал, что колобок веселил шлюх намеренно. — Так, может, мы это? — мужик включил дурочка. — Вдвоём? Тандемом, так сказать. Девки заржали ещё громче. Придурь в его голосе веселила честной народ не на шутку. Я тоже не удержался и расплылся в ангельской улыбке: — Нет. Я работаю один. Теперь пришла пора колобка сложиться пополам, если можно представить в таком положении человека, придавленного пузом. — Не, ты слышала, мать, — колобок рухнул набок, схватившись за живот. — Он работает один! «Он»! Он работает один! Работает! Шлюхи держались друг за дружку, чтобы не попадать. Никто явно не ожидал, что колобок раскрутит ситуацию до абсурда. В этот момент в коридоре со стороны комнат показался мужчина в деловом костюме. Неторопливо поправляя манжеты, он ухмылялся, рассчитывая стать свидетелем ещё одной шутки. — О, коллега! — обратился к нему колобок. — Мы тут нашему коллеге, — он кивнул на меня. — Выбираем подругу. Работает он один, — девки опять заржали. — Поэтому тандем не предлагать. Смех вокруг моего прихода в бордель, возможно, продолжался бы до вечера, если бы следом за бизнесменом из комнат не появилась Анабель. Я сразу узнал её. Аня приложила максимум усилий, чтобы порвать с прошлым, но есть взгляды, выдающие связь независимо от времени. Она безмолвно стояла в коротком чёрном платье, охваченная волнением, пялилась на меня и не верила. Шок в её глазах сменился тревогой, печаль нахлынула, приглушив сожаление. Наконец затаенная радость и стыд окатили её с ног до головы, ничем не нарушив видимое спокойствие. Я слишком хорошо знал Аню, чтобы прочитать неуловимые знаки любви в её глазах, каждом дрожании пальчика. — Анабель! — заблеял колобок, прервав ход моих мыслей. — Ты ведь тоже, кажется, работаешь одна? — шлюхи захихикали. — Почему бы тебе не поработать сегодня со мной, а? — Не получится, — отозвался я, сохраняя спокойствие. — Я первый договорился о встрече. — Охренеть! — взорвался колобок. — Я хочу это видеть! От смеха шлюхи согнулись пополам. Мамка сопливо зашморгала носом, истекая слезами. Клиент, вышедший от Ани, тоже беззвучно посвистывал, скалясь до ушей. — Я хорошо заплачу! — не унимался колобок. — Я буду стоять за дверью и дрочить! Дайте посмотреть, как он работает, а? Мамка первая пришла в себя, почувствовав, что рамки приличия расширились до неприлично дешёвого фарса. — Ладно, Стас. Можешь взять две по цене одной. Думаю, девочки будут не против. Она обратилась ко мне: — А вы идите, пожалуйста, в третью комнату. Там свободно и убрали только что. Мне не нужно было повторять дважды. Подскочив, я прошмыгнул мимо столика и, схватив безвольную руку Ани, потащил подругу за собой в комнату. ### — Как ты меня нашёл? — Извини, что так долго искал тебя. Я думал, что… — Тише, молчи, — она приставила палец к моим губам. — Зачем ты вернулся? — строгость в её глазах противоречила любовным поглаживаниям. — За тобой. — Нет, зачем ты пришёл сюда? — Нас обманули, Аня. Родни не хотел, чтобы мы были вместе. — Я не понимаю. Зачем ты уехал? — она осуждающе следила за движениями моих губ, словно искала в них ложь или намёк на правду. Я вздохнул, собираясь с мыслями. Как давно это было. — Родни шантажировал меня. Я боялся, что он расскажет моим родителям и брату, — глаза мои забегали, выдавая волнение. — Обо мне? Ты стыдился меня? — Нет, ты не так всё представляешь. Это не стыд, просто некоторые вещи лучше не рассказывать родителям. Она отворачивается. Мы сидим на широкой двуспальной кровати с роскошным плюшевым изголовьем, напоминающим времена Людовика четырнадцатого. Прозрачный балдахин укрывает траходром с трёх сторон, согревает гнёздышко для весёлых услад. Вряд ли здесь пересекались более заблудшие души, чем мы с Аней. — Будешь трахаться? — спрашивает она, равнодушие на её лице сливается с монотонным перещёлком круглых часов на стене. — Я люблю тебя, — пытаюсь взять её за руку. Аня вырывается. — Будешь трахаться? — повторяет она, металлический скрежет голоса вгрызается в совесть. — Выходи за меня, — произношу почти шёпотом. Руки мои наконец ухватились за неё. Хочется повернуть её лицо, увидеть глаза, но я вижу лишь слёзки, искрящиеся по щекам. Она отворачивается и сжимается: — Будете трахаться? — её голос дрожит. Рука вновь рвётся на свободу. — Только если ты согласишься стать моей женой, — обнимаю Аню со спины, целую в шею. Аня совсем не изменилась, моя девочка, в ней столько же любви, как и прежде. Только старая рана сделала её уязвимой, неприступной. — Зачем ты так говоришь? — всхлипывает она. — Тебе мало того, что ты со мной сделал? — Это всё в прошлом, Аня. Нас подставили. Родни разлучил нас. Если бы я не был трусом, мы бы давно были вместе. Она оборачивается и, кажется, тень улыбки пробегает по заплаканному лицу. — Я тоже трусиха, — произносит она, ласково сверкая слёзками в глазах. — И Мириам боится, и Сандра. Родни всех запугал, поэтому мы должны быть вместе. Аня грустно улыбается: — Как там Мириам поживает? — Она здесь, в Москве. Мы взяли с собой всю технику и сбежали. — Он найдёт вас. — Не найдёт, если мы будем действовать осторожно. — Он найдёт вас и убьёт, — Аня смотрит на меня с таким сожалением, словно я уже покойник. — Мы хотим заработать немного денег и уехать за границу. — Он найдёт вас и там. Ты не знаешь его, и Мириам тоже не знает. Я молчу. Наконец, собрав волю в кулак, твёрдым голосом произношу: — Я хочу, чтобы ты ушла со мной прямо сейчас. У меня есть деньги, нам должно хватить. После Нового года мы купим билет в один конец и исчезнем там, где нас никто не найдёт. Ты пойдёшь со мной? Аня мнёт ручки, заламывая запястья. Смотрит на меня чистым не терпящим сомнений испытующим взглядом: — И ты больше меня не бросишь? — Нет. — Поклянись. — Клянусь, я всегда буду рядом. Аня улыбается краешком губ. Я целую её, и наши зубы стукаются, как тогда в детстве, когда мы впервые нашли выход чувствам. ###......я всегда буду рядом. Аня улыбается краешком губ. Я целую её, и наши зубы стукаются, как тогда в детстве, когда мы впервые нашли выход чувствам. ###...

 

142087 Одна десятая лошадиной силы (6 часть)

15

25.09.2019 23690 3 Porcupine
...раз не перестаете восхищать меня. Такой шедевральный удар и настолько безукоризненно проведен. Мне кажется, что если бы на ее груди сидел комар ,......с большой родинкой на верхней губе, - давай, еще в обморок упади нам тут! Эх, не повезло мне сегодня.. Спортсменку обступили со всех сторон......вперед до последнего и, несмотря на желание забыть обо всем и уснуть, вошла в образ страстной кошки. Она чуть привстала и перекинув ногу через ох...
1 ... 197 198 199 200 201 202 203 204 205 206