Порно рассказы
» » » 183 страница

Все рассказы по запросу: «ЖЕНА СОРОК ЛЕТ»


По Вашему запросу найдено 2215 рассказов (Результаты запроса 1821 - 1830):

 

 

 

 

 


 

 

 

 

 

26382 Отпуск для прокурора

15

27.07.2012 13089 0 В.М.

...две крепких руки обхватили её бёдра, и поршень, по ощущениям явно не менее феденькиного, с размаху вошёл в её давно уже мокрую дырочку. Одновременно ещё один мужской причиндал ткнулся в её губы. Теперь она оказалась насажена сразу на два члена и мерно скользила по ним вперёд и назад. При этом тот, которому она с уже гораздо большей сноровкой, делала минет, лишь удовлетворённо урчал, как кот. Второй же явно всё больше входил в раж. Толчки становились всё чаще и глубже, периодически он с оттяжкой шлёпал женщину по заду. - Давай, сука, давай, работай жо..й! Пока я тебе в эту самую жо.. не засадил! Представив себе такую перспективу, она начала энергично подмахивать. - Вот так, давай, б…ь! - Холоднокровнее, Сёма! Ты не на работе! – баритон со знанием дела процитировал Бабеля – И вообще, привыкай к разнообразию, поменяйтесь ко! Минутный перерыв на пересменку, и в рот следователя прокуратуры устремился член, обильно смазанный выделениями вышеупомянутого следователя, а в её девочку устремился тот, который она увлажнила свой слюной и остатками феденькиной спермы. Всё смешалось в голове. Она уже забыла кто она, как, почему и где находится. Осталась только эта безумная скачка на двух болтах разгоряченных мужиков. Исподволь откуда-то снизу начала наползать совершенно неуместная в сложившейся ситуации истома. И со-вершенно неожиданно для себя униженная, избитая и изнасилованная Татьяна бурно кон-чила. Через несколько секунд тоже произошло и с её партнёрами. Правда, их поведение контролировал неумолимый баритон. Именно он, увидев спазмы Татьяны и услышав её сладострастный стон, спокойно отметил: - Джентльмены, не увлекаемся, кончаем на даму! Васенька, надеюсь, ты не мечта-ешь размножиться с помощью нашей очаровательной гостьи? В соответствии с полученным заданием джентльмены честно кончили на свою партнёршу. Та обессилено рухнула набок. - Ну вот, первый урок окончен. Воды даме! – её опять напоили, на этот раз – досы-та – всё той же ледяной минералкой. Вновь вспыхнула плазма, и Татьяна смогла оценить уже свои подвиги с двумя партнёрами. М-да, выглядела она своеобразно. Такое иногда встречалось в следственных материалах, особенно в последнее время, когда он начала расследовать дело о пропаже нескольких студенток педуниверситета. Но, пожалуй, кадры с ней превосходили всё ранее виденное. Как страстно она подмахивала…. А как чмокали ее губки на стволах кавалеров… - Босс, она очухалась! – неожиданно раздался новый голос, - что с ней делать? - Сюда, конечно! Татьяне Андреевне нужна компания! Какая-то возня позади, приглушенный стон, тот же голос уж не спрашивает, а по-нукает: - Давай сюда, слепошарая! К ней в круг света вталкивают ещё одну обнаженную женщину. На запястьях - на-ручники, на голове – плотный бумажный пакет. - На колени! – команду сопровождает недвусмысленное нажатие на плечи и толчок под коленки, женщина оказывается рядом с Татьяной. К наручникам тут же карабином крепится цепь, еще две крепятся на лодыжках. Только после этого с головы несчастной сдергивают пакет и она морщится от света и пы-тается осмотреться сквозь сощуренные веки и спутавшиеся каштановые волосы. На лице испуг, смятение, непонимание. Но лицо очень правильное, красивое. Да и фигуркой со-седку Татьяны Бог не обидел. Она молода, не более двадцати пяти, ростом, как и Татьяна, порядка метра шестидесяти, покатые плечи, высокая крепкая грудь («Троечка, как у меня» - подумала Татьяна), редкая в наши дни выраженная талия, красивые бедра и аппетитный округлый задик, ножки стройные подъёмистые. - Ну вот, теперь все в сборе! – комментирует хозяйский баритон. – Ольга Ивановна очнулись! Женщина, мучительно щурясь, машинально пытается облизнуть губы - Воды… Боже, она чувствует то же, что и я – проносится в голове у Татьяны, - а эти… Они же сейчас будут её точно также… - И какие же вы все одинаковые - резюмирует издевательский баритон – обе, как по сценарию, ни здрасте, ни пожалуйста – сразу воды! Вот Татьяна Андреевна, наверное, уже догадалась, что сейчас будет, правда, Татьяна Андреевна? - Дааа… - выдавила из себя Татьяна - И правильно догадались. Ольга Ивановна теперь тоже будет отрабатывать все, что она выпьет, съест, ну и так далее. Как и Вы. Потому что она, хоть и не следователь, тоже любит интересоваться тем, чем лучше не интересоваться вовсе. Есть такая вторая древнейшая профессия – журналистка называется! - Пить, пить, умоляю, пить! – оживает умолкнувшая, было, соседка. - Вот, тон уже верный, учитесь, Татьяна Андреевна! Сразу умоляет. А вы действи-тельно так хотите пить, моя прелесть? – это уже к Ольге - Да, да! И, пожалуйста, отпустите меня! - Ну, сразу отпустить такую красавицу! Мы еще даже не познакомились, как следу-ет! Так вы готовы на всё, чтобы напиться? - Да! - И даже на это? Вновь вспыхивает плазма и теперь уже Ольга смотрит на то, как Татьяна зарабаты-вала свой глоток воды. Губы ее дрожат, на глазах слезы. Она быстро оглядывается на Татьяну, мол, это все правда? Татьяна безнадежно и утвердительно кивает. И Ольга, уви-дев, как на экране Татьяна сама отсчитывает удары, а потом делает минет и отдается сразу двоим мучителям, ломается - Хорошо, да, конечно, я все сделаю, только, умоляю, не бейте и отпустите нас! - Нас, надо же! Похвальное чувство коллективизма, весьма редкое в наши дни. Вам бы о себе подумать, Ольга Ивановна! Впрочем, ладно, вы же пить хотите. Водичку. Ми-неральную. Чистую. Ледяную. С пузырьками! После каждого слова уже обе женщины непроизвольно облизываются. Татьяна не-произвольно двигается - Шеф, смотрите, первая ноги раздвигает! – раздается басовый шепот Феденьки и довольный гогот остальных. - Ооооо! Татьяна Андреевна, я вижу, Вам понравилось! Мальчики, кто желает по-мочь нашим очаровательным гостьям напиться? Гулкие тяжелые шаги, сильные руки легли на бедра, пахнущая табаком рука под-няла подбородок к ширинке - Давай, работай! Татьяна вновь уже привычно начинает обрабатывать самым кончиком язычка чье-то весьма достойное мужское достоинство, принимает в себя сзади другое и краем глаза видит, как Ольга с покрасневшим лицом и слезами на щеках давится огромной оглоблей, принадлежащей, скорее всего, Феде, а потом вздрагивает, как в судороге, от проникнове-ния в ее влагалище второго сластолюбца. Потом ей уже не до того. Два поршня синхронно двигаются в ней, ее передний визави постанывает, задний смачно хэкает. И ей уже даже приятно. А впереди – водичка! Минеральная! Чистая! Ледяная! С пузырьками! Что это? Они вышли из нее, на миг слышно пыхтение и глубокий женский стон рядом, а потом в рот входит новая дубинка со странным терпким привкусом. Боже, это же моё, он из меня его вынул! А что второй, почему медлит? Зачем плюнул на зад? Нет! Нет! Нееееееет! На сей раз происходит то, чего она подспудно боялась. Возбужденный ораль-ным сексом мужчина решил попробовать еще и анал. Которого она никогда не пробовала и к которому относилась с крайним предубеждением. А точнее с отвращением. И вот теперь это происходит. Мужчина, не торопясь, постепенно проникает все глубже в ее задний проход. Еще, еще, еще, кажется, все, назад пошел. Нет, возвращается. Теперь уже быстрее, опять назад, опять вперед. Больно-то как! Скотина! Но надо терпеть! Иначе будут бить. Иначе не будет водички. Опять входит! Ой! Расходившийся «любов-ник» с размаху шлепнул ее по ягодице ладонью, не уступающей размерами саперной ло-патке… - Вася, блин, поаккуратней! Она мне сейчас отгрызет все! - Упс, извини, Семик, тут такие окорочка. Не удержался. О, смотри, второй шлюш-ке тоже очко распечатали! Теперь уже обе женщины корчились от первого в жизни анала. И обе трудолюбиво облизывали, целовали, глотали и обсасывали здоровенные «бананы». Федя, ты как? Я кончаю! Я тоже щас! Мужики, стойте, я с вами! И я! В рот и прямую кишку Татьяны хлынули мощные струи липких мужских выделе-ний. Фактически одновременно тоже произошло с Ольгой. А потом остатки этих же выделений залили им лиц, спины, попы…. Голые, залитые спермой они стояли на коленях перед своими повелителями и жад-но пили минералку из какой-то жестяной миски. Да, плевать, что жестяной. Зато Водичку. Минеральную. Чистую. Ледяную. С пузырьками! - Смотрите, как мало нужно, чтобы ощутить полное и окончательное женское сча-стье! Два хороших члена и литр минералки! – вновь врезался в сознание хозяйский бари-тон. – А вы зачем-то мыкались в этой жизни, лезли, куда не надо. Ну вот зачем Вам, Тать-яна Андреевна, и Вам, Ольга Ивановна, понадобилось знать, куда девались студентки иняза нашего пединститута? Поехали девочки на практику, и ладно! А теперь и вам придется пройти ту же практику. Впрочем, вы уже ее проходите, любуйтесь! Плазма со всей беспощадностью демонстрировала теперь уже обеих товарок по несчастью в момент любовного экстаза с четырьмя мужчинами. Причем во всех подроб-ностях было видно только Татьяну и Ольгу, а лица их партнеров скрывались в темноте. - Любо-дорого смотреть! Представляете, милые дамы, что будет, если это видео за-пустить, например, по НТВ? Или просто скинуть в Интернет? Милые дамы представили и пригорюнились еще больше. - Ну вот, надеюсь, вы будете разумнее и послушнее. А пока, фирма дарит вам бо-нус – месячный тур в Эмираты! Что-то кольнуло в предплечье, и Татьяна вновь потеряла связь с реальностью. А вновь обрела уже в совершенно другом месте. Светлый просторный офис, мягко шуршит кондиционер, на дорогом кожаном диване развалилась парочка полных очень смуглых мужчин с пухлыми щеками, полными губами, огромными мясистыми носами, оба в тем-ных очках, строгих костюмах, на головах «арафатки». Она стоит перед ними на ковре аб-солютно голая, только на ногах туфли на непривычно высоком каблуке и платформе, ря-дом Ольга в таком же наряде, лицо ее тщательно накрашено, волосы уже не спутаны гри-вой, а лежат изящной волной. Впрочем, она видит свое отражение в зеркале бара - на го-лове столь же изысканная прическа, на лице – макияж, причем нарочито яркий. Как и у Ольги. Обеих держат сзади крепкие руки. А, отражение показывает двух крепких мужчин уже европейского вида тоже в темных очках. Один из восточных встает, подходит, пальцем раздвигает ей губы. - Открой рот! – голос сзади, рука клешней сжалась на предплечье. Она послушно открывает рот. Восточный человек с чувством, толком и вниманием матерого стоматолога или лошадиного барышника исследует ее ротовую полость. При этом большой палец его правой руки бесцеремонно путешествует у Татьяны во рту, а левая рука с милой непринужденностью начинает лапать ее груди, попу, живот, потом устремляется к лобку и ниже. Татьяна краснеет, мнется, но, наученная горьким опытом, боится сопротивляться. Араб завершает этот осмотр громким смехом и что-то говорит своему напарнику, показывая левую руку. На указательном и большом пальцах поблескивают капельки. «Господи, я еще и потекла!» - некстати скользит в голове. И тут же пальцы, увлаж-ненные её выделениями, отправляются к ней в ротик. Понятно, надо почистить. Уже не привыкать… Её толкают ко второму арабы, который уже обнажил светло-коричневый поршень и манит Таню к себе. - Пососи хозяину! – добрый совет откуда-то сзади. Ну вот, у нее новый хозяин… Краем глаза Татьяна видит, как первый араб исследует анатомические особенности Ольги теми же методами, которыми только что знакомился с ней. И вновь результаты ос-мотра его радуют. Счастливый араб, пошлепав Ольгу по заду, подходит к столу, что-то пишет и передает листик одному из их прежних сопровождающих. - Ну что же, милые, Татьяна Андреевна и Ольга Ивановна. До свидания. Надеемся, что здесь вы получите ответы на все интересующие вас вопросы и больше никогда не бу-дете их задавать. Через месяц свидимся! Соотечественники удалились. Татьяна и Ольга ненадолго задержались в офисе, где после орального знакомства с хозяевами дамам гостеприимно предложили еще и анал. А потом их отвезли в одно милое и очень гостеприимное заведение. Таня и Оля теперь пользовались постоянным мужским вниманием и активно пополняли свой сексуальный опыт. Уже к концу первой недели они без запинки могли ответить на сакраментальный вопрос о том, чего хотят мужчины, а заодно и некоторые женщины (Таню дважды, а Олю трижды покупали состоятельные арабки). К концу второй недели каждая из товарок по несчастью была крайне близко, можно сказать, интимно, знакома примерно с полутора сотнями мужчин. Одна могла похвастать столь же близким знакомством с доберманом одной из новых подруг, а вторая – с любимым осликом одного из новых друзей. Орал, анал, групповой и обычный секс в самых разных позах стали обыденностью. Девушки уже инстинктивно раздвигали ноги при виде любого мужчины. Жизнь была предельно проста: секс с малыми перерывами на скромную еду и сон. Впрочем, иногда еда или сон тоже сочетались с сексом. Были любители иметь женщину во время еды или сна. Третья неделя, фактически, ничем новым их не порадовала: поток мужчин, изредка перемежающийся женщинами, животными или какими-нибудь приспособлениями, полное отключение стыдливости, скромности и тому подобной дребедени, постоянные прикосновения где угодно и чем угодно, легкая ноющая боль в промежности и анусе, онемение во влагалище, которое снимается язычком лучшей подруги или собственными пальчиками, мучительные оргазмы от заботливо вставленных клиентами вибраторов или клиентов, превосходящих своим упорством вибраторы, постоянный привкус спермы во рту и ее запах, перебивающий все и вся, полная отстраненность от собственного тела, ко-торое живет какой-то странной болезненной жизнью и ублажает чужие тела… Секс, секс, секс и мысли только об одном – чего желает следующий клиент…. Ты то рабыня, то госпожа, то горничная, то медсестра, то учительница, то полицейский, но все время ты – проститутка, подстилка, нужник для спермы, изливающейся со всего мира…Иногда – острая боязнь: а вдруг заразили? А вдруг залетела, он не надел презерватив? И все сыз-нова… Какие там расследования, дела, коллеги, знакомые, родственники, дети, какие про-павшие девочки из пединститута (впрочем, с ними теперь все понятно, они тоже здесь) ? Только такие же, как ты, проститутки: их тут с тобой больше двух десятков, сосем или почти голых, размалеванных, часто пьяных или обторчанных. А еще те, кто тебя покупает. Безликие, потные, похотливые, чудовищно циничные, бесчеловечно рав-нодушные … Все окончилось внезапно, как и началось. Засыпала с вибратором в анусе, мокрая от мочи любителя «золотого дождичка», разбитая и усталая на вонючей простыни. Про-снулась чистая, свежая, в собственной постели. Господи, какой кошмарный сон… Знакомое журчание мобильника. - Да, да! - Татьяна Андреевна, голубушка! Что-то увлеклись вы отпуском, пора и на службу! Подходите в городскую прокуратуру: новый зав уже со всеми познакомился, пора и вам представиться. Как-никак гордость отдела, вашей раскрываемости любой позавидует! Господи, какой родной голос в трубке, ее начальник, а заодно и заботливая нянька, Иван Тимофеевич. - Милый, милый Иван Тимофеевич, скоро буду! Сегодня нужно надеть форму. Вот так. Строгая прическа, скромный макияж. Сапо-ги, пальтишко накинула, пора. «Новенький» полупустой автобус, отслуживший лет двадцать где-то в Дании, о чем напоминают незнакомые таблички в салоне исправно довозит до центра. Вот городская и прокуратура. На проходной знакомому вахтеру – корочку. - Привет, дядя Женя! - Привет, Танечка, хорошо выглядите. Взбежала на второй этаж, знакомая дверь, только имя и инициалы на табличке но-вые. В предбаннике новая секретарша, молоденькая, симпатичная. - Добрый день, следователь районной прокуратуры Петрова. - Здравствуйте, проходите, Сергей Сергеевич ждет. В кабинете под портретами президента и премьера, на фоне славного триколора (от которого до сих пор корчит деда – он в сорок третьем на Днепре дрался против власовцев) – сравнительно молодой, оч......на фоне славного триколора (от которого до сих пор корчит деда – он в сорок третьем на Днепре дрался против власовцев) – сравнительно молодой, оч...