Порно рассказы
» » » 253 страница

Все рассказы по запросу: «В ПОПУ САМА СЕБЯ»


По Вашему запросу найдено 6787 рассказов (Результаты запроса 2521 - 2530):

 

 

298893 Мама. Глава 6

9

18.11.2019 28533 1 Maxime

...действительно хочет сделать из него девочку. Не смотря на соблазн, Женя не стал надевать девчачьи трусы. Вместо этого он разложил подарочки на самом видном месте в маминой комнате — на идеально застеленной кровати. «Пускай сама и носит, раз такая умная!» — ухмылялся он, выходя из комнаты. Вечером за ужином Женя сразу перешёл в наступление: — Я не чувствую себя девушкой. Так что не думай, что трусы всё изменят. — Я и не думаю, — Марина встрепенулась, перевела взгляд по столу, и они помолчали, пока она собиралась с мыслями. Наконец, украдкой взглянув на сына, она робко заметила: — Но ты попробуй. Может, тебе понравится. — Попробовать быть девушкой? Мне вообще-то девушки нравятся, — он смерил её презрительным взглядом. Марина испуганно хлопала глазами. Её план провалился, сын обиделся. — Одно другому не мешает, — неуверенно произнесла она. — Ты можешь стать девушкой и любить девушек. Пол и ориентация — разные вещи. Она смотрела на него добрым ласковым взглядом, взывая к пониманию. У Жени голова шла кругом, разрыв шаблона вызвал ступор. — Я не понимаю, — он нахмурился. — Я ведь останусь парнем. Ничего не изменится, ты понимаешь это? — он гневно зыркнул на маму. — Ты станешь тем, кем захочешь, — Марина приняла оборонительную позу: села ровно, упёршись локтями в стол. Теперь она стояла за кафедрой, доказывая первую теорему счастья: — Девушки не рождаются девушками. Это качество нужно заслужить. Если бы всё было просто, мы бы не старались выглядеть красиво. Нами движет природа, инстинкт. Мы хотим, чтобы нас любили, хотим нравиться себе. Поэтому стараемся выглядеть красиво. Каждый человек хочет, чтобы его любили. А любовь — это прежде всего духовная связь с другим человеком. Нельзя мыслить о любви, оставаясь в рамках одного пола, назначенного природой. Девушки, которые понимают это, не ограничивают себя только парнями и только сверстниками. Любовь гораздо шире, и это нормально. Женя ненавидел маму, когда она втирала подобную чушь. Словно ересь читала. — И какая девушка по-твоему полюбит другую девушку, которая на самом деле парень, а? — он яростно стиснул челюсти, глаза сверкнули злобой на хмуром лице. — Лесбиянка, например, — Марина откинулась на стуле, сложила руки на груди. Она тоже смотрела на сына непоколебимым взглядом: — Или та, что боится стать лесбиянкой, но хочет попробовать. Или та, которую изнасиловали в детстве, отчим или двоюродный брат. Та, которая устала от мужской грубости, хамства. Которая достаточно умна, чтобы понимать смысл любви. — И много таких? — Женин гнев уступал место апатии, лёгкому любопытству. — Каждая вторая. Каждая четвёртая подверглась насилию со стороны мужчин в той или иной степени. Психологическое насилие над женщиной тянется из средневековья, закрепилось в нашем обществе как норма. Отсюда и феминизм. Мама говорила спокойно, не спорила. Её уверенность, усталое выражение лица вернули Женю к логическому мышлению. Мама не пыталась ничего доказать, она только озвучивала факты и была права. — Я не хочу быть геем, — буркнул он, ковыряя вилкой в тарелке. Они закончили ужинать, но оставались за столом, ставшим местом проведения переговоров. — Тебе это не грозит, — мама устало откинула назад волосы. — Геи — это мужчины, которые и внутренне и внешне живут как мужчины, но при этом любят мужчин, а не женщин. А ты можешь стать девушкой, чувствовать себя девушкой и при этом любить девушек, а не парней. Хотя в парнях тоже ничего страшного нет. — Легко рассуждать, когда ты девушка и у тебя все органы женские, — Женя понурил голову. — Счастье не в том, что у тебя между ног — пенис или влагалище, — Марина выдавила улыбку, понимая намёк сын на половые органы. — Счастье начинается с гармонии с самим собой. А кого любить, человек сам решает. Сейчас я вижу, как ты мучаешься, потому что не можешь заняться сексом как мужчина. Но ты отлично целуешься, твои пальчики доставят удовольствие любой девушке. Ты можешь стать девушкой, нежной и симпатичной. Тогда тебе не нужно будет оправдываться. Ты освободишься от вины. Ты будешь счастливой, Женя. Я толького этого и хочу — чтобы ты была счастливой. Мама затаила дыхание, ожидая реакции сына на резкий переход. — Я счастли-ва-я? — он хмыкнул. Последние два слога застряли в горле. Женя впервые примерял женскую грамматику. — Знаешь, когда я только забеременнела, я хотела девочку, — Марина набрала полные лёгкие воздуха, взволнованно заломила пальцы. — Но потом родился ты, и я всё равно очень обрадовалась. Теперь я понимаю, что нельзя желать пол ребёнка, — она задумчиво жевала губы. Взгляд улетел куда-то в окно. — Что-то я не так сделала, наверное, не того захотела. Не так повела себя, подумала. Даже мысли материальны, — она вернулась мыслями к Жене, виновато улыбнулась: — Можно я пойду прилягу? Женя кивнул. Мама тяжело поднялась и вышла из кухни, а он остался наедине со странными фантазиями о смене пола, лесбийской любви, сексе с мужчинами. 33 Женя никогда не интересовался лесбиянками. Просматривая порно-ролики в интернете, он находил женский секс скучным. Лесбиянок он представлял коротко стриженными, с грубыми чертами лица. Они носят мужские костюмы, одеваются вызывающе, ведут себя агрессивно, хамят, а ещё они ненавидят мужчин и придумали феминизм. С другой стороны стоят гомики, гомосексуалисты. Мужики с мужиками даже в мыслях вызывали у Жени необъяснимый патологический страх и отвращение. Мальчики, переодетые в девочек, которых трахают гомики, — это вообще уму непостижимо. И тем не менее мама предлагала именно такое развитие. Лесбиянки, гомики, трансы — она смешала их в одну гремучую смесь и преподнесла на блюдечке с голубой каёмочкой: «На, сынок, примерь! Теперь ты будешь одним из них и всеми сразу». Как согласиться на странное предложение мамы, которая, похоже, сама не понимает, что значит сменить пол? Копнув поглубже, Женя мог бы с лёгкостью обнаружить, что всегда боялся стать гомиком. С раннего детства страх этот закрепился в нём на подсознательном уровне. Десятки забытых эпизодов подпитывали укоренившийся запрет: мальчик с мальчиком — гадко. «Но ведь она не предлагает менять ориентацию, — в который раз вспомнил он мамины рассуждения. — Я могу по-прежнему любить девушек, ничего ведь не изменится?» — вопрос этот повис в воздухе, мешая спокойному ходу мыслей. Женя ходил в задумчивости два дня, прежде чем вновь отважился вернуться к разговору о лесбиянках. — Почему вот все считают гомиков и лесбиянок отбросами общества, а ты говоришь, что такая любовь — это нормально? — в этот раз он постарался принять добродушный вид, словно вопрос этот его не касался. — А что значит «нормально»? — Марина лежала на боку, свернувшись калачиком. Приподнявшись, она упёрлась на локоть, с любопытством изучая притворное безразличие сына. — «Нормально», — продолжила она, — это то, что люди договорились считать нормальным. Когда-то было нормально сжигать самую красивую девушку на костре, потому что все считали её ведьмой, — она говорила спокойно, словно гипнотизёр, считающий в обратном порядке. Женя хмыкнул. Мама оставалась в своём репертуаре, проводя немыслимые параллели, соединяя хвосты истории, связывая их в узелочки, чтобы доказать правоту. Они помолчали, Марина явно давала сыну возможность выговориться. Он отвернулся к телевизору, чтобы хоть как-то скрыть волнение под маской безразличия. И вдруг он произнёс с обидой в голосе, едва слышно, скорее для себя, чем для неё: — Всё равно меня никто не полюбит. Марина тут же придвинулась и обняла сына, прижалась к его плечу щекой. Она гладила его лопатки, пальцами вела по спине, отсчитывая позвонки в обратном порядке: — А я думаю, полюбят. В последний раз, когда ты сдавал экзамен в музыкальной школе, я заметила, как одна девушка на тебя очень внимательно смотрела. По-моему, ты ей нравишься. — Лиза? — Женя улыбнулся краешком губ, краска медленно прилила к лицу. — Она тебе нравится? — Да, — Женя стеснительно опустил глаза, расстягивая заусенец на большом пальце, — но у неё уже есть парень. К тому же, я не могу встречаться с девушками. — Можешь, — Марина накрыла его руку своей. — Для этого нужно поменять к себе отношение. — Тебе легко говорить, девушки ведь не знают про мои проблемы. — Ну, а если ты начнёшь меняться? Девушки, как правило, хорошо относятся к транссексуалам, и тебе не нужно будет ничего доказывать. Добрый голос мамы, её поглаживания, заигрывания пальчиками достигали цели: Женя всё больше обнажал душу, посвящая маму в сокровенные мысли. — Лиза не станет встречаться с транссексуалом, — сказал он, сопроводив слова грустным взглядом. — Откуда ты знаешь? — Она не такая. Мама молчала. Наконец, вздохнув, она легла на спину, её приоткрытые губы легонько подрагивали, словно она репетировала перед выходом на сцену. — Есть только один способ узнать, — бросила она задумчиво в потолок. — Ещё чего не хватало, — Женя нахмурился. — Ты ведь сам не станешь к ней приставать. — Нет, конечно. — Потому что считаешь, что не сможешь её удовлетворить? — мама не спрашивала, а утверждала непреложную истину: Женя — импотент, ему незачем знакомиться с девушками. Женя налился краской, пунцовое лицо скрылось под влажными ладонями. — Мне даже врач сказал, что ничего не получится, — гневно прошипел он из-под пальцев. — Так что ты теперь от меня хочешь? — Чтобы ты перестал жалеть себя, винить в том, в чём нет твоей вины, — мама чеканила слова так же жёстко и уверенно. — Если не получится с Лизой, получится с другой, третьей. Все люди устроены одинаково, боятся, что им откажут. И член тут не при чём. — Я не хочу никого обманывать, — Женя хватался за последнюю возможность отстоять правоту. — Обманывать и не надо. Как только ты станешь вести себя как девушка, одеваться, говорить, никто не будет выдвигать к тебе претензий, интересоваться, почему у тебя член не стоит. Мама была необычно жестока в своём желании выставить горькую правду на рассмотрение, и Женя робел перед такой стратегией. — Мне уже стыдно. Мне стыдно даже думать, что я буду носить женскую одежду. — Это потому, что ты пока что не чувствуешь себя девушкой. Общество приучило тебя к мысли, что ты мальчик. Но люди не рождаются мальчиками или девочками. Они учатся этому всю жизнь. Не бывает абсолютной половой принадлежности, в каждом из нас есть чуточка от другого пола. Есть исследование, согласно которому все люди по природе своей бисексуальны, все в той или иной степени способны проявить качества противоположного пола. Я, например, очень отчётливо чувствую себя в мужской роли. — Как это? — Женя недоверчиво скосился на маму. Марина приподнялась и спиной опёрлась на спинку дивана. Глядя на сдержанную реакцию сына, который сидел к ней боком, она всё больше успокаивалась, приходя к выводу, что поступает правильно, говоря о себе. — Думаешь, то, что я до сих пор не вышла замуж, как-то связано с Михаилом? Есть, конечно, внешние причины, которые всё объясняют. Но есть и внутренние. Мне всегда нравились не только мужчины, но и женщины. У меня даже был небольшой опыт, — Марина умолкла на несколько секунд, сомневаясь, стоит ли углубляться в эту тему. — Вот с этого места поподробнее, пожалуйста, — Женя растянулся в улыбке до ушей, его напряжение спало, уступив место любопытству. Мама никогда не рассказывала ничего подобного, он и подумать не мог, что она встречалась с женщинами. — Наши отношения до сих пор продолжаются, если тебе это интересно, — Марина сильно волновалась, как воришка крадущийся к выходу. Однажды в молодости она вынесла из магазина баночку мёда, не заплатив за неё. Но вернулась на следующий день, чтобы отдать деньги. Сказала, что забыла проверить сумку. Теперь чувство стыда мешалось с вороватым чувством преступника, врущего для достижения личной выгоды. — Так ты лесбиянка? — Женя оскалился, озорные огоньки замелькали в глазах. — Нет, я би. — Ничего себе. И кто тебе больше нравится: мужчины или женщины? — Люди. Человек. Я влюбляюсь в человека. — Понятно. А мужчиной ты себя не пробовала представить? — Женя окинул её ироничным взглядом. — Пробовала. Когда мы жили в общежитии, приходилось делать много мужской работы. Тогда и распробовала. Женя понял, что задел больную тему. — Извини, — он сменил тон, опустился на колени и обнял её. — Да ничего, — она положила руку ему голову, запустила пальцы в волосы. Женя задумчиво следил за беззвучной стрелкой настенных часов, которая плавно наматывала круги на циферблате. — Никогда бы не подумал, что ты встречаешься с женщиной, — произнёс он тихо, едва шевеля губами. — Для тебя это так важно? — Не знаю, — Женя закрыл глаза, странное спокойствие воцарилось в его душе. 34 Зато знала Марина Дмитриевна. Она отлично понимала, что личный пример родителя снимает вину с ребёнка в таких делах. То, что она рассказала Жене, было лишь отчасти правда. Ей действительно нравились как мужчины, так и женщины, и она могла с лёгкостью представить себя с женщиной. Единственное, что её смущало в этом вопросе, был физический контакт. Впрочем, такая возможность постоянно маячила, учитывая близкое знакомство с одной такой представительницей сексуальных меньшинств и явное неравнодушие последней к Марине. Теперь, вспоминая неуклюжее общение с Еленой, Марина не могла сдержать улыбку. Елена преподавала в том же университете, где работала Марина, была не замужем. Предметом её исследований всегда были однополые отношения, анонимные опросы среди студентов, особенно студенток, пестрели намёками на гомосексуальность. Марина давно подозревала, что Елена пользуется служебным положением для завязывания новых знакомств, но явных доказательств тому не было. Студентки-неформалки, крашеные во все цвета радуги, готки, брутальные металистки в пирсинге и наколках, просто страшненькие, девочки-дюдоистки зачастую специально поступали на факультет детской психологии, чтобы писать курсовые и дипломные работы у Елены Владимировны. Впрочем, такой стереотип студенток с нетрадиционной ориентацией был лишь вершиной айсберга. Очень часто Марина с удивлением замечала, как самые красивые и популярные среди парней девушки выбирали для исследования однополые отношен......айсберга. Очень часто Марина с удивлением замечала, как самые красивые и популярные среди парней девушки выбирали для исследования однополые отношен...