Порно рассказы
» » Порно рассказ «Herzlich Willkommen der Zauberbay! (2 часть)»

 

Herzlich Willkommen der Zauberbay! (2 часть)

19

17.11.2013 12756


- То, что я вам сейчас скажу, разумеется, покажется вам невозможным. Но доказать возможность невозможного мне будет нетрудно… Да, так вот – вы спрашиваете - что же за такую синюю птицу поймал наш дедушка, что ему помогло? В своём морском вояже Каспар обогнул весь земной шар, но удачу нашёл на островах Туамоту. Он, разумеется, посвятил меня в свою тайну, когда я стал совершеннолетним, откровенно поговорил со мной. Ну а я же вам просто зачитаю дневниковые записи дедушки, которые он сделал после пребывания на Туамоту, а затем много позднее…
Барон Штильцгейм, подойдя к шкафчику, открыл дверцу и вынул кипу пожелтевших листов, сшитых пожелтевшей же грубой нитью. Раскрыв листы на заложенном месте, барон начал читать:
- «…Туземцы, обитающие на острове, имеют немало любопытных и непонятных для европейца обычаев. А сегодня я стал свидетелем чрезвычайно интересного обряда, который эти полудикие островитяне совершают один раз в три года. Наши уплыли на другой из островов Туамоту, туда, где наш лагерь, а я специально остался, чтобы поучаствовать в обряде. Смешно, но я должен быть горд – туземцы ни в какую не хотели проводить обряд при европейцах, а для меня сделали исключение. То, что я увидел сегодня и с чем столкнулся, поразило меня… С самого утра на острове был праздник, туземцы жгли костры и плясали вокруг них. А после полудня начался обряд…» - отец сделал паузу и взглянул на родных, словно желая убедиться – готовы ли они узнать то, что он собирается сообщить…
- Ну же, папенька, - не тяни!.. – нетерпеливо воскликнула Софи. Штильцгейм продолжил читать:
- «…В центре поселения есть огромная утоптанная поляна, служащая местом собраний племени. По её краям собралось почти всё племя. Я обратил внимание, как здесь сегодня красиво, в отличие от других дней – вся поляна была усыпана цветами. В центре поляны стояла чаша, выдолбленная из пня огромного дерева. К ней вышел вождь племени, и что-то громко сказал. После этого зазвучали дикие звуки – для них это «музыка», и извлекают они её, дуя в стволы одного деревца, из которых вынимают сердцевину. Затем от туземцев, во множестве толпящихся вокруг, стали отделяться и выходить на поляну мужчины и женщины. Выходили они парами, держась за руки. Я заметил, что в нескольких первых парах женщины намного старше мужчин. Сначала я не придал этому обстоятельству особого значения, но, чем больше пар выходило, тем яснее я видел, что это не случайное совпадение, в подобном распределении явно была какая-то система, какой-то замысел. Среди выходящих я увидел знакомую, Нгале Анзи – женщину лет сорока, и её двадцатилетнего сына. Я знал их семью, потому что, когда у меня была тропическая лихорадка, меня принесли и выхаживали в их хижине. Я также заметил ещё одну пару, состоящую из матери и сына - с этими я не был знаком, но точно знал, что они мать и сын, так как они жили неподалёку и я их часто встречал. Я сказал вслух, что не удивился бы, если бы все пары здесь были из матерей и их сыновей, тем более, если учесть очевидную разницу в возрасте. На что туземец, стоявший рядом и бывший для меня переводчиком, сказал: «Так и есть». «Отчего ж так? - спросил я, и пошутил: - или они здесь собираются все вместе нянчить своих, уже выросших и повзрослевших чад?» Туземец-переводчик ответил на мой вопрос утвердительно и с полной серьёзностью, приведя меня в полнейшее недоумение. Я посчитал, что чего-то недопонял: дело в том, что словарный запас в языке туземцев очень невелик, и случается так, что одно и то же слово обозначает несколько совершенно разных понятий. Я решил, что и в данном случае обстоит именно так, потому что на их языке слово «нянчить» имеет два значения, одно из которых непристойное и эротическое. Я продолжил следить за церемонией. К вождю племени, который стоял в центре поляны, вывели какую-то женщину лет шестидесяти. В этот момент туземцы подняли копья и заголосили – это был, видимо, какой-то ритуальный клич. «Что они кричат?» - спросил я. «Славят мать вождя!» - кивнул переводчик на пожилую женщину. Она тем временем развязала пояс, и длинная юбка из листьев упала с неё. Затем она сбросила с себя нечто вроде короткого безрукавного жилета, который у туземок закрывает верхнюю часть туловища. И осталась в чём мать родила перед кучей соплеменников! Нагота у туземцев не является постыдной в такой степени, как у европейцев, но всё же обнажиться при свете дня, перед кучей народа, и кому – матери вождя! «Зачем она это сделала?» - спросил я переводчика. «Смотри, сам увидишь», - был его ответ. Я был удивлён. Но удивление не помешало мне заметить, что мать вождя, несмотря на возраст, телесно довольно соблазнительна – тяжёлые груди, широкий пухлый зад. Тем временем, словно повинуясь сигналу, данному сей пожилой развратницей, все вышедшие на поляну пары тоже стали обнажаться…»
- Ах, папенька! Это всё так неожиданно и занимательно… моя малышка даже заволновалась!.. – восторженно прервала отца Софи. Глаза её блестели, а правая рука, зажатая меж ног, через платье потирала лобок.
- Да… занимательно… только какое это отношение имеет к нам, и к начатому разговору о семейном благосостоянии? – вставил Франц.
- Самое непосредственное, - кивнула сыну баронесса. – Очень скоро ты поймёшь. Продолжай, дорогой! – обратилась она к мужу. Господин Штильцгейм продолжил:
- «…Далее стало происходить нечто в высшей степени безнравственное и противоестественное с точки зрения европейца. Вождь, сбросив с плеч накидку из шкуры пантеры, и набедренную повязку из листьев, вместе со своей бесстыжей матерью улёгся в центре поляны, и… они начали совокупляться! По их примеру, все вышедшие пары, присутствовавшие рядом вокруг, тоже предались самому непристойному блуду! Представьте себе эту картину – на огромной, залитой солнцем поляне, обрамлённой гущей зеленеющих тропических кустов и дерев, множество совершенно голых туземок кровосмесительно грешили со своими родными сыновьями! Отовсюду доносились похотливые стоны и сопенье. Одни, нимало не смутясь, лобызали друг другу срам, другие сношались в разнообразных позах, невообразимых для представителя Старого Света, третьи объединялись по трое либо четверо, и случалось так, что какая-нибудь мать, принимая детородный орган своего сына в свой задний проход, одновременно обсасывала фаллос другого молодца, либо сын, лёжа под родной мамашей, прыгающей на нём, вынужден был ещё вылизывать кувшин похоти у чужой, усевшейся ему на лицо…»
- Боже! Я сейчас с ума сойду! – растирая свою промежность сквозь ткань, простонала Софи. – А знаете, я тоже у Брейма читала, что для племён с тихоокеанских островов кровосмешение – не редкость… Франци! – она встала и обняла брата за шею. – Маменька, папенька! Давайте побумсируемся прямо сейчас! Я так возбудилась, слушая papa…
- Ты опять со своими словечками? – поморщилась мать.
- Занятно, конечно, - произнёс заметно взволнованный Франц, высвобождаясь из объятий сестры. – Но всё же хотелось бы дослушать до конца… и разобраться…
- К чёрту! Не хочу разбираться, хочу ебаться! – заявила Софи и, подойдя к отцу, взмолилась:
- Папенька, - ну в самом деле, давайте прервёмся на время! Ведь эти бумаги, - она кивнула на рукопись в руках отца, - хранились десятки лет. Ничего страшного не случится, если они полежат ещё часок, а после, когда мы закончим, - голос её стал игривым, - мы вновь продолжим чтение…
Софи, протянув свою изящную ручку, погладила отца по плечу, затем встала на цыпочки и чмокнула в щёку.
- Тц! Ты смотри, как подлизывается… - иронично прищёлкнула языком баронесса, покачав высокой причёской в вензелях локонов.
- Да! – обернувшись, с вызовом заявила Софи. – Я – женщина, и знаю, как нужно обращаться с мужчинами… - она опять погладила отца – теперь по щеке. У барона, разогретого выпитым шнапсом и пикантным записями дедова дневника, порозовели скулы.
- Ну, я думаю, Софи права – мы можем позволить себе небольшой перерыв… - своим приятным баритоном произнёс отец.
- А ты как думаешь? – спросила баронесса сына, и поддёрнула вверх подол платья. Франц, всё так же развалясь на стуле, посмотрел на выглядывающую нижнюю короткую кружевную юбку матери.
- Понимаю, это недостаточный аргумент для тебя, - кивнула баронесса и задрала нижнюю юбку, полностью оголив ноги в чёрных чулках, и низ живота. Под юбкой у матери были короткие новомодные, треугольной формы, панталоны из белого атласа, и из-за их волнистого краешка в паху выбивались тёмные кучеряшки лобковых волос. Улыбаясь и не отрывая взгляда от сына, баронесса чуть приподняла зад и одновременно взялась за пояс панталон. Пока она их стягивала до колен, Франц с наслаждением ловил взглядом тяжёлые движения упитанных белых бёдер, и мельканье тёмного пушистого треугольника. Расстегнув ширинку, Франц высвободил член и стал потискивать его. Элеонора изящно наклонила сжатые колени в сторону и сняла панталоны совсем, заодно сбросив и туфли. Раздвинув ноги, она стала между ними перебирать своими холёными пальцами шёрстку, словно струны арфы.
- Нравится?.. – спросила она сына.

(ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ)
{sape_links} Жалоба на рассказ! Автор: ktgtcnjr (все рассказы автора)

Добавить комментарий 0 комментариев



Полужирный Наклонный текст Подчеркнутый текст Зачеркнутый текст | По центру Выравнивание по правому краю | Вставка смайликов Выбор цвета | Вставка цитаты Преобразовать выбранный текст из транслитерации в кириллицу

Строго запрещено переходить на личности, а также на гнобление тематики рассказа!
||-+×
Стоп! Не нашли то что искали? Попробуйте поискать это в нашем поиске!
Не спешите закрывать эту страничку! На нашем сайте еще очень много порно рассказов и историй, которые без сомнения Вам понравятся! Попробуйте ввести в форму поиска, расположенную выше, интересующий Вас запрос и Вы сами удивитесь сколько ещё интересных и возбуждающих рассказов находится на нашем сайте!